А затем на столе появились те самые великолепные булочки: воздушное слоёное тесто, внутри — начинка из лимонного джема с мёдом, снаружи — сладкая обсыпка.
Юрий Горчаков восхищённо покачал головой.
— Наш повар готовит намного хуже, — признался он. — А ведь отец выписал его из Парижа. Там он работал в лучших ресторанах.
— С едой Прасковьи Ивановны никакие рестораны не сравнятся, — сказал Прудников.
Говорил он неразборчиво, потому что даже во время разговора не мог оторваться от еды. Степан Богданович расправился с котлетой, нерешительно посмотрел на меня, затем не удержался и взял ещё одну булочку.
— Жаль, что Александр Васильевич так редко устраивает званые обеды, — вздохнул он. — А может быть, это и к лучшему? Иначе мне давно пришлось бы шить новый мундир, старый я бы попросту не влез.
Я покосился на Суворову. За столом Ирина Витальевна почти всё время молчала, ела медленно и аккуратно. Это была не просто дань хорошим манерам: эксперт действительно наслаждалась едой. Я даже уловил в её эмоциях некоторую растерянность. Очевидно, дома Ирина Витальевна привыкла обедать проще.
Никита Михайлович по своей привычке ел быстро и сосредоточенно. Но и он благодарно кивнул, отодвинув от себя тарелку:
— Спасибо, Прасковья Ивановна. Обед получился изумительный.
Магический кот Уголёк обедал вместе с нами. Он тщательно вылизал миску, в которую кухарка положила свежий телячий паштет, и довольно сверкнул зелёными глазами.
«Тайновидец, передай Прасковье Ивановне мою благодарность», — мысленно попросил он.
Я так и сделал, и Прасковья Ивановна довольно покраснела.
Совместная еда всегда объединяет, и я решил, что настало самое подходящее время сделать следующий шаг.
— Прошу, в кабинет, господа, — сказал я, поднимаясь из‑за стола. — Игнат, принеси нам, пожалуйста, кофе. Госпожа Суворова, насколько я помню, вы предпочитаете чай?
— Нет, нет, я тоже выпью кофе, — торопливо сказала Ирина Витальевна.
Её смущение ещё не прошло, но детская обида на менталистов растаяла бесследно.
Вот какие чудеса творит вкусный и сытный обед.
В кабинете я предложил гостям кресла, подождал, пока у каждого в руках окажется чашка кофе, и взял слово.
— Мне кажется, мы столкнулись не просто с преступлением, господа, — сказал я. — Кто‑то распространяет рунную магию по всей Столице. Предполагаю, что убийством хозяина рунной лавки дело не ограничится. Очень скоро нам придётся столкнуться с другими преступлениями. Поэтому я считаю, что мы должны действовать сообща, и без помощи полиции нам не обойтись.
Степан Богданович Прудников, услышав мои слова, довольно кивнул. Зотов с интересом посмотрел на меня.
— Что вы предлагаете, Александр Васильевич?
— В первую очередь нам нужно собрать как можно больше информации, — сказал я.






