Когда я подошёл к ней, она даже не повернула головы, так и смотрела обиженно на другую сторону бульвара.
Интересно, на что она обижалась? На магию? Или просто на весь несправедливый белый свет?
— Мы собираемся вместе пообедать, Ирина Витальевна, — улыбнулся я. — На правах хозяина приглашаю вас присоединиться к нам.
— Благодарю вас, я не голодна, — ровным голосом ответила Суворова.
За её нарочитым спокойствием я безошибочно почувствовал сильное напряжение.
— Это будет не просто обед, а рабочее совещание, — объяснил я. — Нам подвернулось интересное дело, и вам тоже предстоит участвовать в расследовании.
— Насколько я знаю, рабочие совещания полагается проводить в служебном кабинете, — заметила Ирина Витальевна.
Я покачал головой.
— Не всегда. Вы позволите присесть?
Суворова молча кивнула, и я опустился на скамейку рядом с ней.
— Мы с вами знакомы всего несколько часов, но я успел заметить, что вы хороший эксперт и ответственно подходите к своей работе, — сказал я. — Могу вас заверить, что в столичном управлении Тайной службы работают профессионалы, и наши менталисты не исключение. Знаете, чем они занимаются большую часть времени?
— Выбивают признание из людей, которые не могут им сопротивляться, — презрительно обронила Суворова.
— Нет, — мирно улыбнулся я. — В девяти случаях из десяти наши менталисты помогают установить невиновность подозреваемого. Тем самым они не позволяют совершить судебную ошибку, экономят время и нервы законопослушных граждан. Это очень нужная работа, поверьте.
— Всё равно, то, что сегодня произошло, было ужасно, — упрямо дёрнула плечом Суворова.
— Такое случается, — кивнул я. — Мы с вами живём в магическом мире. А это значит, что вокруг всегда найдутся люди, которые обращаются с магией слишком своенравно и неосторожно. Но винить в этом Юрия Николаевича несправедливо.
— Наверное, вы правы, — помедлив, согласилась Суворова.
Потом впервые за время нашего разговора посмотрела на меня.
— Вы сказали: «на правах хозяина». Что это значит?
— Это значит, что я приглашаю всю Тайную службу к себе на обед, — улыбнулся я. — И вас в том числе. Посмотрите, как я живу.
Я проводил Суворову к мобилю и великодушно уступил ей переднее сиденье.
— Теперь мы можем ехать? — поинтересовался Никита Михайлович.
— Ещё минуту, — сказал я. — Приглашу Степана Богдановича пообедать с нами.
Я вернулся в полицейский участок. Прудников по‑прежнему сидел за своим столом. Бумаги перед ним не было. То ли он закончил свою жалобу полицмейстеру, то ли передумал её писать.
— Вы что‑то забыли, господин Тайновидец? — вялым голосом поинтересовался он, когда я вошёл в кабинет.
— Я заглянул затем, чтобы пригласить вас пообедать с нами, — объяснил я. — А заодно обсудить предстоящее расследование.






