ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герои романа встречаются на свиданиях, на перекрестках судьбы и в смертельных поединках. И каждая встреча неожиданна и парадоксальна. Добродетельная жена дороже рубинов, считает граф Грейстоун — шпион и ученый, и женится на самой безрассудной и мятежной из женщин! И обретает единственную и вечную любовь! Джейн Энн Кренц Встреча Пролог Война закончена. Человек, известный под прозвищем Немезида, стоял у окна своего кабинета, прислушиваясь к шуму на городских улицах. Весь Лондон праздновал разгром армии Наполеона при Ватерлоо; так праздновать умеют только лондонцы — фейерверки, музыка, рев многотысячной ликующей толпы наполнили огромный город. Война закончена, однако Немезида знал: до настоящего конца еще далеко. Мало того, теперь ему казалось, что для него война не кончится никогда, ибо личность предателя, назвавшего себя Пауком, по-прежнему оставалась нераскрытой тайной. Неужели он не сумеет разрешить эту последнюю головоломку? Неужели правосудие не восторжествует — во имя тех, кто погиб от руки Паука? И в то же время Немезида понимал: ему необходимо подумать об устройстве собственной жизни. У него имеются определенные обязательства по отношению к семье и титулу. И прежде всего ему предстоит заняться поиском невесты. Да, этим вопросом он займется так, как занимался всем в своей жизни: опираясь на логику и здравый смысл. Для начала составит список достойных невест и уже затем одну — достойнейшую — выберет в жены. Он совершенно точно представлял, какой хотел бы видеть будущую жену. Соответственно его знатному имени и высокому титулу, это должна быть женщина добродетельная. А что касается его личных требований к невесте, он хотел бы жениться на такой женщине, которой мог бы полностью доверять, которой было бы знакомо понятие «верность». Немезида слишком долго прожил в тени. Он давно понял дену доверия и верности — понял, что они бесценны. Он снова прислушался к празднично

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«Что ж, я очень рада, что не включена в его список», — яростно твердила про себя Августа, стремительно взлетев по лестнице и теперь мчась по коридору в свою комнату. Женщина из нортамберлендской ветви Баллинджеров вряд ля позволит приковать себя цепями брака к этому старомодному пуританину!

При уже названных различиях в темпераменте Августа и Грейстоун почти не имели общих интересов. Граф был известен как ученый-лингвист, специалист по классической филологии — как и дядюшка Августы сэр Томас Баллинджер — и посвятил свою жизнь изучению истории древних греков и римлян. Он написал и опубликовал несколько серьезных научных трудов в этой области, очень высоко оцененных критикой и специалистами.

Если бы Грейстоун был одним из новомодных писателей, в огненной прозе и горящих глазах которых отражались кипевшие в их душах страсти, Августа еще могла бы понять, почему она так восхищается им. Но он был писателем совсем иного рода и вместо обжигающе чувственных романов строчил скучнейшие трактаты с названиями вроде: «К дискуссии о некоторых элементах» Истории» Тацита» или «Исследования избранных мест из» Жизнеописаний» Плутарха «. Обе работы были недавно представлены на суд критики. И обе Августа, сама не зная почему, прочитала от корки до корки.

Она задула свечу и тихонько проскользнула в спальню, где уже спала ее кузина Клодия. Потом на цыпочках подошла к кровати и разделась. Лунный луч, проникнув меж тяжелыми занавесями, освещал лицо спящей Клодии.

Золотистая блондинка, истинная представительница гемпширской ветви Баллинджеров… Очаровательное личико с аристократическим профилем мило уткнулось в подушку. Сомкнутые веки с длинными ресницами скрывали небесно-голубые глаза… Недаром молодые поклонники из высшего общества дали ей милое прозвище — Ангелочек.

Августа от всей души гордилась тем успехом, которого ее кузина добилась совсем недавно. В конце концов, именно она, Августа, старшая из сестер (ей уже исполнилось двадцать четыре), ввела более юную Клодию в свет. Августа решила хотя бы этим отплатить дяде и кузине за их доброту и за то, что они так сердечно отнеслись к ней, приняв в свою семью два года назад, когда умер ее брат Ричард.

Сэр Томас, будучи гемпширским Баллинджером, а потому человеком весьма состоятельным, не жалея средств для единственной дочери и был достаточно щедр, чтобы заодно подписывать и счета Августы. Он был вдовец, и ему не хватало необходимых знакомств среди представительниц высшего света для того, чтобы Клодия удачно провела свой первый летний сезон. И разумеется, сэр Томас не слишком разбирался в таких вопросах, как стиль и светский этикет. Как раз в этом Августа и могла оказать ему неоценимую помощь.