ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Герои романа встречаются на свиданиях, на перекрестках судьбы и в смертельных поединках. И каждая встреча неожиданна и парадоксальна. Добродетельная жена дороже рубинов, считает граф Грейстоун — шпион и ученый, и женится на самой безрассудной и мятежной из женщин! И обретает единственную и вечную любовь! Джейн Энн Кренц Встреча Пролог Война закончена. Человек, известный под прозвищем Немезида, стоял у окна своего кабинета, прислушиваясь к шуму на городских улицах. Весь Лондон праздновал разгром армии Наполеона при Ватерлоо; так праздновать умеют только лондонцы — фейерверки, музыка, рев многотысячной ликующей толпы наполнили огромный город. Война закончена, однако Немезида знал: до настоящего конца еще далеко. Мало того, теперь ему казалось, что для него война не кончится никогда, ибо личность предателя, назвавшего себя Пауком, по-прежнему оставалась нераскрытой тайной. Неужели он не сумеет разрешить эту последнюю головоломку? Неужели правосудие не восторжествует — во имя тех, кто погиб от руки Паука? И в то же время Немезида понимал: ему необходимо подумать об устройстве собственной жизни. У него имеются определенные обязательства по отношению к семье и титулу. И прежде всего ему предстоит заняться поиском невесты. Да, этим вопросом он займется так, как занимался всем в своей жизни: опираясь на логику и здравый смысл. Для начала составит список достойных невест и уже затем одну — достойнейшую — выберет в жены. Он совершенно точно представлял, какой хотел бы видеть будущую жену. Соответственно его знатному имени и высокому титулу, это должна быть женщина добродетельная. А что касается его личных требований к невесте, он хотел бы жениться на такой женщине, которой мог бы полностью доверять, которой было бы знакомо понятие «верность». Немезида слишком долго прожил в тени. Он давно понял дену доверия и верности — понял, что они бесценны. Он снова прислушался к празднично

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ваша репутация сегодня подвергалась не меньшему риску, не правда ли, мисс Баллинджер? Вы играли чересчур поспешно и проиграли самое драгоценное украшение в короне женщины — ее репутацию.

Черт бы его побрал! Это действительно какое-то надменное самоуверенное чудовище! И какой напыщенный!

— Да, вы правы, я кое-чем рисковала нынче ночью, милорд, — произнесла Августа ледяным тоном. — Но вы, должно быть, помните, что я принадлежу к нортамберлендской ветви рода Баллинджеров? Женщины в нашей семье никогда особенно не беспокоились о соблюдении светских правил.

— Значит, вы не считаете; что большая часть этих условностей создана для вашей же защиты?

— Нисколько. Эти правила придуманы для удобства мужчин, и ни для чего более.

— Прошу прошения, но смею с вами не согласиться, мисс Баллинджер. Иногда светские правила оказываются исключительно неудобными для мужчин. И я совершенно уверен, что данные обстоятельства — именно такой случай…

Она неуверенно взглянула на него, нахмурилась, а потом все-таки решила пропустить сие загадочное заявление мимо ушей.

— Сэр, я прекрасно знаю, что вы в наилучших отношениях с моим дядюшкой, и мне бы не хотелось, чтобы мы с вами стали врагами.

— Вполне с вами согласен. Уверяю вас, у меня нет ни малейшего желания становиться вашим врагом, мисс Баллинджер.

— Благодарю вас. Но тем не менее вынуждена признать: у нас с вами очень мало общего, милорд. Мы слишком разные — как по темпераменту, так и по интересам. Не сомневаюсь, вы и сами это понимаете. Вы будете вечно скованы диктатом чести и приличий, а также бесконечными надоедливыми предписаниями, которые правят нашим обществом.

— А вы, мисс Баллинджер? Неужели вы не скованы ничем?

— Ничем, милорд, — искренне призналась она. — Я намерена испить до дна чашу своей судьбы. В конце концов, я последняя из семейства нортамберлендских Баллинджеров. А представители этого семейства скорее подвергли бы свою жизнь отчаянному риску, чем дали бы похоронить себя под кучей никому не нужных дурацких добродетелей!

— Ну-ну, успокойтесь, мисс Баллинджер, вы меня разочаровываете. Разве вы не слышали, что добродетель всегда вознаграждается?

Августа сверкнула на него глазами: она смутно подозревала, что Грейстоун просто дразнит ее. Однако постаралась убедить себя в обратном:

— Я слишком мало видела тому примеров, милорд. А теперь, пожалуйста, все-таки ответьте на мой вопрос. Сочтете ли вы себя обязанным рассказать лорду Энфилду, что сегодня ночью вы застали меня в его библиотеке?

Граф наблюдая за ней из-под опущенных век, сунув руки глубоко в карманы халата.

— А как вы думаете, мисс Баллинджер?

Она быстро облизнула верхнюю губку и улыбнулась:

— Я думаю, милорд, вы запутались в силках ваших же собственных правил.