Видите ли, больше всего он нуждается в посещениях, Его жизнь в тюрьме хуже, чем у животного в зоопарке. Это может показаться смешным, но он скучает — делать-то он ничего не может. Он не может ни читать, ни писать, ни даже поговорить с нами, когда мы приходим к нему.
— Похоже, вы правы, но ведь надо, чтобы эта нужда в посетителях у него как-то выразилась, а у них чтобы был способ общаться с ним. Как вы думаете, он психически здоров?
— Все врачи, которые его осматривали — а Бог знает, сколько их тут перебывало,— утверждают, что да.
— Каким образом они могли в этом удостовериться?
— Они приходили с переводчиками, которые пытались говорить с ним. Кажется, они говорили, прикасаясь к его пальцам.
— И каков результат?
— Все они утверждали, что он нарочно уклоняется от разговора. Этот тип не хочет, чтобы его защищали.
Клиент Виктора Дельо резко поднялся и, словно опасаясь, что к нему могут приблизиться, встал спиной к стене, готовый к защите. Он был на голову выше посетителей.
— Какой гигант, — прошептал адвокат.— Сложен, как атлет. Неудивительно, что ом шутя расправился со своей жертвой. Почему он переступает так с ноги на ногу?
— Не знаю, привычка, наверно. Это делает его похожим на медведя в клетке. Осторожно, мэтр! Он почуял наше присутствие... Видите, как принюхивается. Не подходите близко! Кто знает!
Адвокат не обратил внимания на это предупреждение и подошел еще ближе. Он положил свои руки на руки несчастного, который быстро их отдернул, словно этот контакт вызвал у него отвращение. Виктор Дельо на этом не остановился и прикоснулся к его лицу — несчастный скорчился и издал хриплый, похожий на животный, крик.
— Пожалуйста, мэтр! — крикнул надзиратель. Но было уже поздно...
Колосс схватил адвоката двумя руками за плечи и, что-то бормоча, начал его трясти. Затем громадные руки потянулись к горлу... Надзиратель успел выхватить дубинку, и удар по затылку заставил гиганта выпустить жертву и с криком от боли отступить к стене.
— Ух! — сказал старый адвокат, наклоняясь, чтобы поднять пенсне.
— Я вас предупреждал, мэтр. Это настоящий зверь.
— Вы в этом уверены? — ответил Виктор Дельо, поправляя пенсне на носу. Затем он снова подошел к своему клиенту и долго рассматривал его, прежде чем сказать:
— Кажется, все, что мне говорили коллеги по телефону,— правда. Я понимаю теперь, почему они отказывались. Похоже, что защищать этого парня опасно, но случай от этого еще интереснее. Хотел бы я знать, почему он нападает на всех, кто пытается его спасти? Я ничего не сделал ему, но он ненавидит меня так же, как Шармо и Сильва. Странно! Если бы мне удалось объяснить, что я желаю ему только добра. Да, но как?
— До вас все пытались сделать то же самое, мэтр.
— Надо думать, они плохо старались. Я найду способ.






