ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он – амбициозный, эгоистичный и жестокий Вестник Смерти, не привыкший отступать от намеченных целей. Она – последняя Банши, не потерявшая Силу, а также дичь в его личном списке для свершения мести. Их встреча была неизбежна. Колесо фортуны запущено, роли розданы, игра не на жизнь, а на смерть началась. Но никто из них не мог предположить, что в просчитанный план расправы внесет коррективы любовь. Теперь каждый должен совершить выбор: уступить нежеланному чувству, что влечет за собой одни проблемы, или преследовать собственные цели и пожертвовать любовью. Что ждет их за поворотом? Ведь каждый день приносит новые опасности...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Теперь весь прежний план полетел в Бездну!

– Это не ответ.

– Другого ты не получишь.

Адиса сдержал рвущиеся наружу ругательства. Зная Кенгерлинского так долго, он уже привык к резким переменам его настроения. Но сейчас категоричность именно в этом вопросе – раздражала до зубовного скрежета.

К чему такая таинственность? Адиса не понимал. Раньше между ними почти не было секретов, Ян даже рассказал о смерти своих родителей в общих чертах, о чем, Адиса знал, он не говорил больше никому.

И вот теперь ему стало казаться, что своей непонятной утайкой Кенгерлинский возводил между ними стену.

А ведь все началось именно с появления этой девчонки! Жизнь изменилась, Ян изменился, дружба давала… трещину.

Сейчас про себя Адиса даже порадовался, что Банши пропала. Может, ему повезет, и девчонка где-то загнется по-тихому, не причинив им еще больших неприятностей?

Стоило только Адисе допустить подобную мысль, как он тут же сам себе и устыдился. Разве он кому-нибудь до этого желал смерти?

Все время в доме Яна его не покидало ощущение, будто что-то не так. И только теперь он задался вопросом, может, изменения произошли не в Кенгерлинском, а в нем самом?

Адиса прислушался к себе. Кроме удовлетворения, лености, легкого беспокойства и злорадства он ничего не нащупал. Поэтому решил обращать на это зудящее чувство приближающейся опасности как можно меньше внимания.

– Ты думаешь Банши уже у Демьяна? – вновь подал голос Адиса.

Ян дернулся, будто его только что больно пнули в живот, беззвучно пожевал губами и только потом соизволил ответить:

– Не думаю. Если бы Даша была у Верховного, то я почувствовал бы начало ритуала.

– А ты не чувствуешь? – захотел уточнить Адиса.

– Что ты прикопался ко мне: чувствуешь, не чувствуешь?! Как пиявка! – Ян вскочил с кресла, стал нервно мерить шагами комнату. – Я, б**, вообще ничего не чувствую! Понял? Н-и-ч-е-г-о! И ты прекрасно знаешь, когда такое бывает…

Адиса потер лоб, радости от того, что довел друга до такого мощного всплеска негативных эмоций, как ни странно, он не почувствовал. Хотя еще немногим ранее ему безумно хотелось вывести Яна из этого эмоционального ступора любым способом.

– Только в двух случаях, – он замялся, боясь перехватить взгляд Кенгерлинского и прочесть в нем то, что не хотел видеть. – Либо Дарья разорвала с тобой связь…

– Что в принципе невозможно, – пробубнил Ян.

– Либо…

– Банши мертва и уже перешла за грань, – хрипло закончил Ян, и Адиса краем глаза успел заметить, как он впечатал кулак в стену.

Послышался хруст. Ян не произнес и звука.

Адиса подскочил, ему нестерпимо захотелось проверить, цела ли рука Яна, вплоть до того, чтобы самолично пересчитать все костяшки. Он не смог противиться столь сильному желанию.