Нестерпимо, почти до зуда в пальцах захотелось ее увидеть — чуть побледневшие скулы, плотно сжатые губы, решительный блеск в глазах…
— Что здесь происходит? — наконец-то появился всеми ожидаемый доктор.
— Это я должна у вас спросить! — парировала «миссис Маклауд».
— Мисс Ноэль, выйдите.
— Но доктор Пирсон…
— Выйдите, я кому сказал!
— Слушаюсь.
Тихий шорох шагов, скрип закрывающейся двери.
— Адам, ты же обещал, что он не очнется!
— Кэсси, тише! В любой момент может приехать его жена! А ты здесь устраиваешь сцену прямо у его постели.
Дункан чуть не поперхнулся. Кэсси — Кассандра, как же он мог ее не узнать?! И она — миссис Маклауд? Это как? И это притом, что его жена еще не приехала?
— Можно подумать, она хочет не того же, — фыркнула Кассандра. — Да он живым никому не нужен, даже собственному отцу. И я требую объяснений, что это за внезапное резкое улучшение? Ты его лечащий врач или кто?
— Вот именно, врач. А медицина не всесильна. Иногда больные выздоравливают даже вопреки нашим усилиям.
— Не забывай, милый, в твоих же интересах постараться этого не допустить.
— Я непрестанно помню об этом, дорогая.
Звук поцелуя ошеломил Дункана едва ли не больше, чем всё услышанное. Митос и Кассандра? Хотя, с другой стороны, когда-то же они были вместе. И пусть тогда это был не вполне добровольный союз, может быть, в этом мире… Додумать в очередной раз он не успел.
— Так-так-так… И кого мы видим? И при живом-то муже… — очередной знакомый голос. Мужской. Дункан с прискорбием признал, что, похоже, память на голоса у него гораздо хуже, чем он считал.
— А что мы видим? — невозмутимо парировала Кассандра. — Это ты из постели его жены уже лет пять не вылезаешь, если не все десять — как залез на свадьбе к ней под юбку, так там и поселился. Жиголо недобитый.
— Фу, Кэсси, как грубо, — рассмеялся мужчина, и Дункан наконец-то его узнал. — И потом, младший Маклауд жив-то весьма условно, чего не скажешь о старшем.
— Поверь, Хью, мой муж вполне отдает себе отчет в том, что если престарелый инвалид заводит себе молодую жену-красавицу, то ему приходится кое с чем мириться в нюансах супружеской верности.
— Это ты-то у нас молодая красавица? Ну-ну.
— Пудель плешивый!
— Выдра мороженая!
— Как приятно снова оказаться в кругу семьи! — увлекшись спором Кассандры и Фицкерна, Дункан совершенно пропустил появление в палате нового посетителя.
Ну, хоть ее он узнал по голосу с первого звука. Значит, его жена — Аманда, а Кассандра — жена его отца. Дункан искренне порадовался, что она хотя бы ему не мать. Фицкерн — любовник его жены. Осталось выяснить, кто собственно сам отец, Маклауд-старший.
— Семья? Не смеши меня, — фыркнула Кассандра.
— Вот именно, ты нам не семья! — парировала Аманда.






