— Это ты из постели его жены уже лет пять не вылезаешь, если не все десять — как залез на свадьбе к ней под юбку, так там и поселился. Жиголо недобитый.
— Фу, Кэсси, как грубо, — рассмеялся мужчина, и Дункан наконец-то его узнал. — И потом, младший Маклауд жив-то весьма условно, чего не скажешь о старшем.
— Поверь, Хью, мой муж вполне отдает себе отчет в том, что если престарелый инвалид заводит себе молодую жену-красавицу, то ему приходится кое с чем мириться в нюансах супружеской верности.
— Это ты-то у нас молодая красавица? Ну-ну.
— Пудель плешивый!
— Выдра мороженая!
— Как приятно снова оказаться в кругу семьи! — увлекшись спором Кассандры и Фицкерна, Дункан совершенно пропустил появление в палате нового посетителя.
Ну, хоть ее он узнал по голосу с первого звука. Значит, его жена — Аманда, а Кассандра — жена его отца. Дункан искренне порадовался, что она хотя бы ему не мать. Фицкерн — любовник его жены. Осталось выяснить, кто собственно сам отец, Маклауд-старший.
— Семья? Не смеши меня, — фыркнула Кассандра.
— Вот именно, ты нам не семья! — парировала Аманда.
— А этот плешивый пудель, который непонятно что здесь делает — он нам вообще кто?
— Я его лучший друг!
— Дамы, дамы! И господа! — вклинился Митос. — Действие снотворного заканчивается, и мистер Маклауд вот-вот придет в себя. Вы же не хотите, чтобы он всё это видел? Или слышал?
Или Дункану показалось, или последнее было добавлено явно для него. И Митос вполне в курсе, что его пациент уже давно очнулся.
— Да пусть слышит, — отмахнулась Кассандра. — Может, его удар хватит и он на месте окочурится. И тогда его неверная женушка не получит ни копейки.
— Жадная стерва! Только и ждешь смерти моего мужа, чтобы избавиться от его отца и заграбастать себе всё состояние семьи!
— Вообще-то я и так получу половину. Даже если старикашка Джо прямо сегодня отправится на небеса — пока еще жив его сынок-психопат.
— Но половины тебе мало, тебе нужно всё!
— Да. И я этого не скрываю. И не вижу ни малейшего повода делиться с неверной женой моего пасынка.
— Аманда, солнышко мое, ты же знаешь, она тебя специально доводит. Не обращай на нее внимания, — глас разума принадлежал Фицкерну.
Дункан решил его поддержать и открыл глаза. Все разом замолчали.
— Он нас узнаёт? — первой спросила Кассандра.
— Да, Кэсси, — Дункан попытался улыбнуться и не пялиться на всех одновременно. Видимо, получилось у него не очень.
— Как-то он нездорово выглядит, — подозрительно заметил Фицкерн.
— Любимый! — спохватилась Аманда и явно наигранно бросилась обнимать своего мужа.
Она врет, отстраненно подумал Дункан. Он слишком хорошо знал Аманду и безошибочно отличал ее игру от ее искренности. И эта Аманда ему врала.






