ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Арне Гарборг (1851–1924) — сын крестьянина из Йерена, ставший анархистом и кумиром литературной богемы, стоял на идейных позициях между Ницше и Толстым. Его называли ведущим норвежским писателем и мыслителем последней четверти XIX века. Роман «Мир» (1892) психологический, и, возможно, это лучшее описание психически неуравновешенного человека в норвежской литературе. По мнению норвежских литературоведов, роман «Мир» с его легкой иронией и яркими описаниями природы является лучшим произведением Арне Гарборга. На русском языке публикуется впервые. Для широкого круга читателей.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

А то, говоря по совести, здесь порядочным людям делать нечего:

— Я сказал это ленсманну в Осе; я был у него сегодня вечером; он поднёс мне пару стаканчиков; чудный парень, ленсманн Осе! Тпру, стоять! Да, так я и сказал. Но ты знаешь, что он ответил? «Если порядочные люди уедут в Америку, — сказал он, — то кто же останется дома? Посмотрим лучше, — сказал он, — не сможем ли мы отправить туда хоть кого-нибудь из того нищего сброда, что околачивается здесь, Наполеон?» — сказал он. Но ведь если мы так сделаем, то один чёрт все обнищаем; да, так оно и будет, и потому я ругался, я, Наполеон Саломонсен Стурбрекке!

— Да, я полагаю, тебе не следует так много ругаться, Наполеон, — тихо проговорил Энок. Но тот не слышал его:

— Тпру! Да стой же, в конце концов! Да, я так говорю — стой, дьявол тя разрази! угадай, Энок, сколько налогу я сейчас плачу? Угадай, Энок! Да, они всё время твердят о той несчастной толчее

[10]

Толчея — здесь: приспособление для обработки шерсти, работающее на водяном колесе.

, которую я поставил! Если б у меня её не было, то мне б ничего не оставалось, как разориться до нитки; но чёрт, она у меня есть! Пять далеров

[11]

Далер, или спесидалер — основная денежная единица Норвегии и скандинавских стран в XVI–XIX вв. Согласно денежной реформе 1816 г., норвежский спесидалер составлял 5 ортов по 24 скиллинга в каждом, или всего 120 скиллингов. В 1874 г. заменяется норвежской кроной (1 спесидалер = 4 кроны).

, папа родимый! Да, тебе не нравится, но я буду ругаться из-за этого столько, сколько захочу; пять блестящих спесидалеров, боже, и ещё два скиллинга! Ничего удивительного, что так недолго и разориться. Я взял кредит в банке в том году; теперь я выплачиваю с процентами; и если не выплачу вовремя, то явится стряпчий, как голодный волчище… Нет, я поговорю с Торкелем Тутлингом, я скажу Торкелю Туланду; мы должны, чёрт подери, взять ружьё и прогнать их! Всю толпу! А не то они сожрут нас живьём! Да, запросто. Если мы не хотим делать так, как когда-то Пер Рудлевиг! — наворовал себе, и живёт припеваючи; да-да, это тоже способ, и так можно поступать! — тпру! Но это не для меня, ты же знаешь. Да, теперь езжай, чёртова скотина; думаешь, можно заставить эту кобылу стоять спокойно? Приятного вечера, Энок! — Наполеон загремел дальше по дороге.

— Сосна на вершине…

— Тпру! Энок!

— Да?

— Ты ведь будешь на свадьбе у Хельге?

— Да… я, пожалуй, приду.

— Тогда там и увидимся! Спокойной ночи!

— Сосна на вершине скалы…

Энок загрохотал по дороге к дому.

Нет, ты смотри! Ну не чудеса ли творит лукавый? Вечно он что-то придумает. Вечно устраивает так, что кто-то попадётся по дороге.

Теперь Энок не мог по-настоящему уверовать, пока не побывает на этой свадьбе.

III

В комнате, где шумела свадьба, на длинных столах горели свечи; был уже поздний вечер.