ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Блестящая красавица Кассандра фон Готхард, ее муж-банкир, подрастающие дети, любовник Кассандры, известный писатель Штерн, – жизнь всех этих людей рушится, сломленная поднимающим голову фашизмом. Испытания, выпавшие на долю героев, растянулись на многие годы. Обаятельный образ выросшей дочери фон Готхардов Ариадны, ее любовь, женская судьба, обретенное счастье – в центре этого насыщенного событиями романа. Даниэла Стил Кольцо Книга первая Кассандра Глава 1 Кассандра фон Готхард сидела на берегу пруда в Шарлоттенбургском парке и смотрела, как по воде разбегаются круги. Длинные тонкие пальцы подняли еще один гладкий камешек и, немного помедлив, швырнули его в пруд. Августовский день был солнечным и жарким; золотистые с медным отливом волосы молодой женщины плавной волной ниспадали на плечи. Тонкий гребень слоновой кости, не дававший золотым прядям опускаться на глаза, еще более подчеркивал гармонию прекрасного лица. Глаза у Кассандры были огромные, миндалевидные, синевой не уступавшие цветам, которые росли на соседней клумбе. Временами в них вспыхивали искорки веселья, но даже в такие минуты эти глаза сохраняли выражение нежной задумчивости. Они могли одновременно ласкать и дразнить, а в следующий миг становиться рассеянными и мечтательными, словно их обладательница погружалась в некие ей одной доступные грезы, связанные с реальностью не больше, чем вычурный Шарлоттенбургский замок с деловитой суетой окружавших его берлинских улиц. Старый замок, застывший во времени, парил над водами пруда и взирал на Кассандру благосклонно, словно признавал ее существом из своей эпохи. Кассандра раскинулась на траве и стала похожа на романтический портрет или прекрасное видение. Ее длинные пальцы рассеянно перебирали стебли травы в поисках следующего камешка. Неподалеку в воде шумно плескались две утки, чем приводили в полный восторг малышей, наблюдавших за ними с берега и радостно хло

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мельчайшими бриллиантами на кольце были выложены инициалы ее прабабушки.

Уже выходя из комнаты, Кассандра обернулась и взглянула на себя в зеркало еще раз. Она выглядела так же, как всегда, – прекрасная, очаровательная и уверенная в себе молодая дама. Никто не догадается, что она провела полдня в объятиях любовника.

Кассандра вышла в длинный холл, выдержанный в серых тонах, и остановилась у подножия лестницы, которая вела на третий этаж. Напольные часы в углу пробили семь. Итак, она даже не опоздала. Гости прибудут через полчаса. Можно целых тридцать минут провести с Арианой и Герхардом. Полчаса законного материнства перед тем, как детей уложат спать. Вряд ли эти ежедневные полчаса что-нибудь значат в их жизни, думала Кассандра, поднимаясь по лестнице. Тридцать минут умножить на… Сколько дней? Впрочем, она сама виделась со своей матерью не чаще. Самое осязаемое воспоминание и наследие, доставшееся ей от матери, – это бриллиантовый перстень на пальце.

У дверей в комнату для игр Кассандра остановилась и негромко постучала. Изнутри ее, видимо, не услышали, – оттуда доносились визг и хохот. Детей к этому часу наверняка уже накормили ужином, искупали, и сейчас под руководством фрейлейн Хедвиг они должны были собирать свои игрушки. В этом ответственном и сложном деле детям помогала специальная горничная. Почти все лето Ариана и Герхард провели в загородном поместье, и мать очень по ним соскучилась. Впервые за все годы Кассандра оставалась на лето в Берлине – из-за Дольфа. К счастью, нашелся удобный предлог – благотворительная деятельность.

Кассандра постучала вновь, и на сей раз ее услышали. Фрейлейн Хедвиг открыла дверь. В комнате моментально воцарилась тишина. Дети перестали возиться и смотрели на мать с явным испугом. Этот момент Кассандра ненавидела больше всего. Сын и дочь всякий раз вели себя так, словно видели ее впервые.

– Всем привет!

Она улыбнулась и протянула вперед обе руки.

Дети не шелохнулись. Потом фрейлейн Хедвиг подала им знак, и Герхард первым приблизился к матери. Кассандра видела, что мальчик уже готов броситься ей в объятия, но строгий голос няни остановил его:

– Герхард, осторожней! Твоя мама оделась для банкета.

– Ничего-ничего, – поспешно сказала Кассандра, но мальчик боязливо замер, так и не сделав последний шаг.

– Здравствуй, мамочка.

Глаза у него были синие и широко раскрытые, совсем как у матери, но лицом Герхард больше походил на отца. Правильные черты, ясная улыбка, золотые волосы, по-младенчески пухлое тельце. Пятилетний мальчуган казался младше своего возраста.

– Я поранил ручку, – объявил он, сохраняя безопасную дистанцию.

Кассандра ласково потянулась к нему.

– Ну-ка покажи. Ой, какая ужасная царапина.