– А что вы поделываете в свободное время?
– Что, простите?
Кассандре стало неуютно рядом с этим бесцеремонным господином.
– Я слышал, что вы вроде бы покровительствуете искусствам.
– В самом деле?
Ей уже хотелось только одного – чтобы этот танец поскорее закончился.
– Да, мне так говорили. – Финансист вежливо улыбнулся, но взгляд его оставался ледяным. – На вашем месте я не стал бы тратить столько времени на ерунду. Видите ли, наша концепция искусства в скором времени претерпит значительные изменения.
– Вот как?
Кассандре показалось, что она сейчас упадет в обморок. Кажется, этот человек предостерегал ее насчет Дольфа. Или, может быть, она сходит с ума и ей уже слышится угроза в самых невинных словах?
– Да, это так. Дело в том, что наши писатели – люди слабые и психически неполноценные. Так дальше продолжаться не может.
Нет, она ошиблась – он действительно намекает на Дольфа! Кассандра вспылила:
– По-моему, вы и так уже положили этому конец. Насколько я заметила, кое-кого из писателей больше не печатают. Или я ошибаюсь?
О Господи, что это на нее нашло? Хорошо, что не слышал Вальмар… В это время танец подошел к концу. Сейчас этот мучительный разговор закончится. Но Кассандра почувствовала, что ей хочется высказаться до конца; приходилось сдерживаться.
– Пусть вас не заботит вся эта чушь, фрау фон Готхард.
– Она меня и не заботит.
– Рад слышать это.
Вот опять. Что это было – угроза? Но партнер уже подводил ее к Вальмару. Разговор был окончен. Больше в тот вечер Кассандра этого человека не видела. На обратном пути она хотела рассказать обо всем Вальмару, но не решилась – знала, что он рассердится или, хуже того, испугается. А на следующий день Дольф был в таком хорошем расположении духа, что Кассандра не стала говорить о вчерашнем инциденте и ему. В конце концов, ничего особенного не произошло. Какой-то полоумный банкир, влюбленный в Гитлера и третий рейх, наговорил ей всякой чепухи. Ну и что с того?
Дольф наконец принял решение. Он будет продолжать писать, даже если не сможет печатать свои произведения. Он продолжит поиски издателя. Но из страны он не уедет – даже если ему будет грозить голодная смерть. Они не смогут вынудить его оставить родину. Он имеет право жить в Германии, а еврейство тут ни при чем.
– Не хочешь ли прогуляться возле замка? – с улыбкой спросила Кассандра.
За последние две недели они ни разу не были в парке.
– С удовольствием.
Прогулка продолжалась почти два часа. Они бродили вокруг пруда, возле замка, наблюдали за играющими детьми, обменивались улыбками с прохожими. Все было совсем как прошлой зимой, когда Дольф и Кассандра встретились здесь по чистой случайности, а потом эти случайные встречи повторялись вновь и вновь. Они тянулись друг к другу, хотя каждый страшился будущего.






