Она притворилась, будто рассматривает какой-то эскиз.
- Здравствуйте, - сказал Юджин улыбаясь. Он отважился заговорить с ней, так как чувствовал себя одиноким и, кроме нее, никого не знал.
Она повернула голову и ответила на его приветствие ласковой улыбкой.
- Я давно вас не видел, - сказал он. - Опять у нас работаете?
- Только эту неделю, - ответила она. - Я позирую в частных студиях. Когда есть возможность, я предпочитаю работать там.
- А мне казалось, что вам у нас нравится! - удивился он, вспомнив, какая она всегда бывала веселая.
- Я не сказала бы, что не нравится, но в частных студиях условия лучше.
- Мы постоянно вспоминаем вас. Другие натурщицы не сравнятся с вами.
- Однако вы льстец! - рассмеялась она, лукаво посматривая на него своими черными глазами.
- Нет, правда, - ответил он, а затем спросил с тайной надеждой: - Вы будете на нашем ужине шестнадцатого?
- Возможно, - сказала она. - Я еще не решила. Все зависит...
- От чего?
- От того, какое у меня будет настроение и кто меня пригласит.
- В приглашениях, я полагаю, недостатка не будет, - заметил Юджин. - Я тоже пошел бы, да не с кем, - продолжал он, делая отчаянное усилие приблизиться к цели.
Мисс Кенни угадала его намерение.
- Как прикажете это понимать? - смеясь, сказала она.
- А вы пошли бы со мной? - осмелился он спросить, воспользовавшись столь открыто предложенной помощью.
- Разумеется! - ответила она. Он все больше нравился ей.
- Вот чудесно! Где вы живете? Мне понадобится ваш адрес.
Он полез в карман за карандашом. Она назвала ему номер дома на западном конце Пятьдесят седьмой улицы.
Благодаря своей работе инкассатора Юджин хорошо знал этот район. Улица эта - на южной окраине города - состояла сплошь из жалких деревянных домишек. Ему вспомнились тесные ряды лавчонок, немощеные тротуары и сырые незастроенные пустыри. Его нисколько не удивляло, что эта девушка - цветок, выросший среди мусора и угольной пыли, - стала натурщицей.
- Я непременно зайду за вами, - продолжал он весело. - Вы не забудете, не правда ли, мисс...
- Просто Руби, - прервала она его. - Руби Кенни.
- У вас красивое имя, - сказал он. - Очень благозвучное. Не разрешите ли заехать к вам как-нибудь в воскресенье, чтобы посмотреть, где это?
- Пожалуйста, - ответила она, польщенная тем, что ему нравится ее имя. - В воскресенье я большей частью дома. Приезжайте в это воскресенье днем, если хотите.
- Непременно приеду, - сказал Юджин.
Он вышел вместе с ней на улицу в чрезвычайно приподнятом настроении.
ГЛАВА X
Руби Кенни была приемной дочерью старого рабочего-ирландца и его жены. Они взяли ее, сжалившись над четырехлетней малюткой, совсем заброшенной своими вечно ссорившимися родителями.






