Расстояние оказалось больше, нежели казалось с берега, и когда Харри наконец разглядел, что фигура в волчьей шубе, сидящая на раскладном стуле возле лунки и сжимающая в рукавице удочку, действительно командир Армии спасения, догадался и почему тот его не слышал.
— Вы уверены, что лед надежный, Экхофф?
Давид Экхофф обернулся и сперва посмотрел на сапоги Харри.
— В декабре лед на Осло-фьорде надежным не бывает, — отозвался он, выдохнув серое облако морозного пара. — Поэтому рыбачить надо в одиночку. А я всегда пользуюсь ими. — Он кивнул на лыжи у себя на ногах. — Чтобы распределить вес.
Харри медленно кивнул. Ему уже чудилось, будто лед под ногами потрескивает.
— В штаб-квартире сказали, что я найду вас здесь.
— Единственное место, где я слышу собственные мысли. — Командир подергал удилище.
Рядом с лункой лежала газета, а поверх нее — банка с наживкой и нож. На первой полосе сообщение, что с первого дня Рождества ожидается потепление. О смерти Халворсена ни слова. Видимо, выпуск ушел в печать раньше.
— Есть о чем поразмыслить? — спросил Харри.
— Н-да. Мы с женой сегодня на рождественском концерте принимаем премьер-министра. И на этой же неделе подпишем с Гильструпом договор о продаже недвижимости. В общем, подумать есть о чем.
— Вообще-то я хотел задать вам всего один вопрос, — сказал Харри, сосредоточенно стараясь равномерно распределить вес по обеим ногам.
— Слушаю вас.
— Я поручил своему сотруднику, Скарре, проверить, не было ли переводов с вашего счета на счет Роберта Карлсена и наоборот. Их не было. Но Скарре обнаружил другого Карлсена, который регулярно переводил деньги на ваш счет. А именно Юсефа Карлсена.
Давид Экхофф даже бровью не повел, только пристально смотрел на черную воду в лунке.
— А вопрос у меня вот какой. — Харри пристально смотрел на Экхоффа. — Почему последние двенадцать лет вы каждый квартал получали восемь тысяч крон от отца Роберта и Юна?
Экхофф дернулся, словно на крючок попалась крупная рыба.
— Так как же?
— Это действительно важно?
— Думаю, да, Экхофф.
— Только пусть все останется между нами.
— Не могу обещать.
— Тогда я не могу рассказать.
— Что ж, в таком случае придется забрать вас в управление, чтобы вы дали письменные объяснения.
Командир поднял голову, прищурил один глаз и испытующе посмотрел на Харри, словно прикидывая, насколько силен потенциальный противник.
— Вы полагаете, Гуннар Хаген это одобрит? Что вы притащите меня туда?
— Посмотрим.
Экхофф хотел что-то сказать, но не стал, будто чувствуя решимость Харри. А Харри подумал, что вожак становится вожаком не благодаря грубой силе, а благодаря способности правильно оценить ситуацию.
— Ладно, — сказал Экхофф. — Но это долгая история.
— Время у меня есть, — сказал Харри. Сквозь подошвы сапог уже проникал холод.






