Тут к скале она подходит,
К двери медного утеса,
И, придя туда, сказала:
320
«Горе, горе мне, несчастной!
Здесь была рука чужая,
Все поломаны замочки,
И открыта дверь твердыни,
Все крюки совсем разбиты:
325
Неужель исчезло Сампо
И похищено насильем?»
Уж похищено то Сампо,
Крышка пестрая исчезла
Там, из глыбы Сариолы,
330
Там, из медного утеса,
Где замков висело девять,
Десять где засовов было.
Лоухи, Похъёлы хозяйка,
Вся от злобы распалилась,
335
Видит: власть ее слабеет,
Пропадает также слава.
Удутар [127]
она так просит:
«Дева мглы, тумана дочка!
Ты просей туман сквозь сито,
340
Ниспошли ты мглу густую,
С неба дай сгущенный воздух,
Ты пусти пары густые
На хребет морей блестящих,
По открытому простору,
345
Чтоб засел там Вяйнямёйнен,
Чтоб застрял Увантолайнен!
Если ж этого все мало,
Ику-Турсо [128]
, ты, сын Старца!
Подними главу из моря,
350
Подними из волн макушку,
Калевы мужей низвергни,
Утопи друзей потоков,
Пусть те злобные герои
В глубине валов погибнут;
355
В Похъёлу верни ты Сампо,
Захватив его с той лодки!
Если ж этого все мало —
Ой ты, Укко, бог верховный,
Золотой мой царь воздушный,
360
Мой серебряный владыка!
Сделай бурю, непогоду,
Силу воздуха ты вышли,
Подними волненье, ветер
Против этой лодки в море,
365
Чтоб засел там Вяйнямёйнен,
Чтоб застрял Увантолайнен!»
Надышала дочь тумана,
Нагустила мглу на волны,
Плотно воздух мглой застлала,
370
Чтобы старый Вяйнямёйнен
Простоял подряд три ночи
Посреди морей широких,
Никуда не мог бы выйти,
Никуда не мог отъехать.
375
Простояв подряд три ночи
Посреди морских потоков,
Молвит старый Вяйнямёйнен,
Говорит слова такие:
«Даже муж совсем негодный,
380
Из героев самый слабый,
Не потонет средь тумана,
Не погибнет в испареньях».
Он клинком прорезал воду,
Он мечом ударил море:
385
Мед с клинка его струится,
Сладкий мед с меча сбегает,
Испаренья всходят к небу,
Поднимаются туманы;
Скоро воды стали чисты,
390
Прояснились все потоки,
Приоткрылись дальше воды,
И кругом все стало видно.
Мало времени проходит,
Протекло едва мгновенье,
395
Шум послышался ужасный
На волнах, у красной лодки;
Пена так и брызжет кверху,
Вяйнямёйнену на лодку.
Тут кователь Ильмаринен
400
Очень сильно испугался,
Кровь со щек внезапно спа́ла,
Вниз с лица его сбежала,
С головою он накрылся
И с обоими ушами,
405
Закрывает обе щеки,
А еще плотнее очи.
Тотчас старый Вяйнямёйнен
Посмотрел на море с лодки,
Бросил в сторону он взоры,
410
Видит маленькое чудо:
Ику-Турсо, тот сын Старца,
Поднялся у бока лодки
Головой своей из моря,
Из воды своей макушкой.






