ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После наводнения мир не смог больше обрести себя. Единственный клочок земли заставил людей измениться, уничтожая личность, права, веру, надежду и человечность, превращая одних в господ, Алек Яс Беги ЧАСТЬ I «Охотиться на людей проще простого. Все они убегают, как испуганные маленькие кролики. Беги, кролик, беги!» Дом 1000 трупов – Ты знаешь, как мне это нужно, Грег! – Сильвия стояла на исхудалых, дрожащих ногах в полумраке комнаты. Дневной тусклый свет, что пробирался сквозь щели в забитых окнах, позволял рассмотреть комья сухой грязи на полу. В воздухе стояла пыль. Руки Сильвии тряслись, желудок будто иссыхал, напоминая о себе режущими болями. Кости ломило. Вдох приносил мучение лёгким. Если она не получит дозу сейчас, лучше умрёт, чем терпеть это. Напротив неё сидел молодой человек, он совершенно не интересовал Сильвию. Если честно, её давно уже никто не интересовал, кроме заветного порошка. О драгдилере она не знала ничего, кроме имени, но каждый раз, когда он протягивал ей пакетик ВОП, готова была поклясться, что любит его, этого Грега. Никто не давал ей такого стимула жить, как этот парень. Девушку не интересовали такие мелочи, как любовь. Сиди здесь растёкшееся дерьмо с глазами, она бы и ему облизала пятки. Сильвия пала не ниже других наркоманов, подсевших на ВОП по разным причинам, которые сводятся к одному Закону. От собственного достоинства не осталось ничего, ни единой крупинки. Её руки, обтянутые бледной, прозрачной кожей, тряслись. Но ей не холодно. Вообще-то здесь, в доме Грега, тепло. Но, как и холода, Сильвия не чувствовала и его. Всё, что имело хоть какое-то значение – это розоватый порошок, уносящий её в заоблачные дали. – Мне нужен ВОП. Ты знаешь, Грег. Мне нужен ВОП! Я заплачу. – Говорила она. Голос истерически срывался. – Я заплачу. Дай мне его! Прошу тебя. Прошу… Пожалуйста. – Послушай, киса, я бы и рад тебе помочь. – Парень растянулся на старом д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но самым главным было солнце. Оно было таким ярким, что Грегор смотрел на него до тех пор, пока ему не показалось, что он слепнет. Оно грело его кожу, и парень почувствовал небывалое тепло и радость.

– Деда! Деда! Смотри, как я могу! – Голос маленькой девочки заставил его обернуться. В тени огромного дерева малышка каталась на качели. Она так лихо раскачивалась, что Грег не на шутку забеспокоился, а выдержит ли ветка, к которой привязан канат.

Он хотел крикнуть ей: «осторожно», но его внимание привлекла сочная листва этого дерева. Такого насыщенного зеленого Грег в жизни не видел. Он замер. Лицезрел эту удивительную красоту и наслаждался

шелестом, словно музыкой.

– Пап, с тобой все в порядке? – Теперь уже женский голос зазвучал где-то над ухом. Голос принадлежал его дочери, уже ставшей женщиной. Матерью. Грегор посмотрел на свои сморщенные руки старика, но больше его поразили манжеты рубашки, такие чистые. Грег в жизни не носил таких чистых рубашек. Она даже пахла чем-то очень приятным.

Девочка, что каталась на качели, рассмеялась, и Грег проснулся. Его трясло от холода, но он упрямо закрывал глаза, желая вернуться в свое видение. Понимая, что в реальности его ждет серость, голод, безнадега, а главное – неопределенность. Он отчаянно стремился назад, но дверь в мир грез уже захлопнулась.

Реальность ударила в лицо, и Грег почувствовал впервые в жизни, что хочет вскрыть себе вены. Одежда на нем была сырая от вчерашнего дождя. Холодный и голодный, он оторвал остатки фанеры, впуская в помещение свет и прохладный ветер. Хлеб в сыром рюкзаке пропитался влагой, и стал абсолютно несъедобным. Сделав глоток воды, парень еще больше замерз. Что и говорить, это утро новой жизни стало для него настоящим испытанием. По крайней мере, дом не рухнул на него и не похоронил заживо.

На улице уже маршировали рабочие. Грег с ужасом подумал, сколько им предстоит пройти до полей и обратно. С каменными лицами они шли мимо, не обращая внимания на бездомных, столпившихся у костра. Грея руки над крошечным пламенем, эти люди-отбросы тоже особого интереса к работягам не проявляли. Незамеченный, Грег выскользнул из развалины и направился вперед, сливаясь с толпой. Желание умереть прошло, словно его никогда и не было.

Купив у очередной обезумевшей женщины с ребенком молока и хлеба, он продолжил путь. Ел на ходу, жадно уничтожая завтрак, временами натыкаясь на прохожих. Они бросали на него пустой взгляд и шли дальше, словно были роботами без чувств и эмоций. От молока и хлеба есть захотелось еще больше. Убеждая себя перетерпеть, парень принялся усиленно обдумывать свое положение. Ему нужен был план. Если Правительству нужно, чтобы его убили, значит за ним скоро придет кто-то другой. Это дело времени.