ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После наводнения мир не смог больше обрести себя. Единственный клочок земли заставил людей измениться, уничтожая личность, права, веру, надежду и человечность, превращая одних в господ, Алек Яс Беги ЧАСТЬ I «Охотиться на людей проще простого. Все они убегают, как испуганные маленькие кролики. Беги, кролик, беги!» Дом 1000 трупов – Ты знаешь, как мне это нужно, Грег! – Сильвия стояла на исхудалых, дрожащих ногах в полумраке комнаты. Дневной тусклый свет, что пробирался сквозь щели в забитых окнах, позволял рассмотреть комья сухой грязи на полу. В воздухе стояла пыль. Руки Сильвии тряслись, желудок будто иссыхал, напоминая о себе режущими болями. Кости ломило. Вдох приносил мучение лёгким. Если она не получит дозу сейчас, лучше умрёт, чем терпеть это. Напротив неё сидел молодой человек, он совершенно не интересовал Сильвию. Если честно, её давно уже никто не интересовал, кроме заветного порошка. О драгдилере она не знала ничего, кроме имени, но каждый раз, когда он протягивал ей пакетик ВОП, готова была поклясться, что любит его, этого Грега. Никто не давал ей такого стимула жить, как этот парень. Девушку не интересовали такие мелочи, как любовь. Сиди здесь растёкшееся дерьмо с глазами, она бы и ему облизала пятки. Сильвия пала не ниже других наркоманов, подсевших на ВОП по разным причинам, которые сводятся к одному Закону. От собственного достоинства не осталось ничего, ни единой крупинки. Её руки, обтянутые бледной, прозрачной кожей, тряслись. Но ей не холодно. Вообще-то здесь, в доме Грега, тепло. Но, как и холода, Сильвия не чувствовала и его. Всё, что имело хоть какое-то значение – это розоватый порошок, уносящий её в заоблачные дали. – Мне нужен ВОП. Ты знаешь, Грег. Мне нужен ВОП! Я заплачу. – Говорила она. Голос истерически срывался. – Я заплачу. Дай мне его! Прошу тебя. Прошу… Пожалуйста. – Послушай, киса, я бы и рад тебе помочь. – Парень растянулся на старом д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она искала спички. Коробок был не полон, но на несколько раз должно было хватить. По крайней мере, хватит, чтобы выполнить задуманное.

Боли в руке она не чувствовала, не обращала внимания на физическое состояние, хотя тело пробивала не хилая дрожь от усталости, стресса, потери… Джо собрала на деревянном столе всю бумагу, простыни, что нашла, и подожгла. Оранжевый огонь с нетерпеливым наслаждением принялся за трапезу, меняя цвет, охватывая все большую площадь. Девушка покинула дом навсегда. И пусть тело не желало слушаться, отчаянно напрашиваясь на отдых, Джо шла вперед. Посреди улицы. Теперь ее не волновали жители Зоны Б и Гнезда, в частности. Она брела, обливаясь слезами и мучаясь от боли. Отнюдь не физической. Ее сердце болело. Ее душа горела, подобно дому, пожираемому огнем. Она и была этим домом. Снаружи – все та же, внутри – испепеляющаяся.

Ее шаги были тяжелые. Грубая подошва ботинок увязала в грязи. Все, что слышала Джо – свое отрывистое дыхание, сопровождаемое густым паром. Огонь жадно принялся выбираться наружу, стремясь завладеть всем так мило предоставленным угощением, до самой крыши. Теперь треск горящей древесины заглушал некоторый кашель и сопение. Из самых темных уголков Гнезда начали выныривать люди, удивленные зрелищем. А ведь в действительности, в эти времена пожар – довольно редкое зрелище!

Джо не думала, перекинется ли жадный огонь на соседние дома. Все, что она хотела – чтобы от ее рода не осталось ничего. Хотела порвать все прутья связи. Оборвать и без того тонкие узы. Покончить с этим.

Она одна. Она завершит свой род. После того, как отомстит, конечно. После того, как собственноручно выпустит пулю в лоб всем, кто стоит за этой системой.

До моста Джо добралась довольно быстро, однако слезы уже успели высохнуть,

не оставив и намека на то, что были. Если только чуть распухший нос и раскрасневшиеся щеки, что в полумраке начавшегося утра не были так заметны, выдавали ее. Рассвет лениво лизнул континент и через пару часов люди выйдут на работы. А пока Джо ногой стерла свое сообщение у расщелины и залезла внутрь, не заметив, как тут же отключилась, стоило привалиться к холодной стене.

Грегор очнулся ранним утром. Он весь продрог, а мочевой пузырь, казалось, сейчас взорвется. Тело затекло. Всю ночь драгдилер пролежал в позе эмбриона. Ему тут же захотелось вытянуть руки и ноги, по-человечески потянуться и зевнуть, но из-за ограниченного пространства это оказалось не возможно.

Под рукой оказалась бутылка. Спросонок парень не смог разобрать, что это такое, и почему это что-то лежит под его рукой. У соседней стенки приютилась Джоанна. Она сидела, обхватив руками согнутые ноги и опустив голову на колени. Лица было не видно. Рыжие волосы лохматой, необузданной гривой обрамляли все ее тело.