ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

После наводнения мир не смог больше обрести себя. Единственный клочок земли заставил людей измениться, уничтожая личность, права, веру, надежду и человечность, превращая одних в господ, Алек Яс Беги ЧАСТЬ I «Охотиться на людей проще простого. Все они убегают, как испуганные маленькие кролики. Беги, кролик, беги!» Дом 1000 трупов – Ты знаешь, как мне это нужно, Грег! – Сильвия стояла на исхудалых, дрожащих ногах в полумраке комнаты. Дневной тусклый свет, что пробирался сквозь щели в забитых окнах, позволял рассмотреть комья сухой грязи на полу. В воздухе стояла пыль. Руки Сильвии тряслись, желудок будто иссыхал, напоминая о себе режущими болями. Кости ломило. Вдох приносил мучение лёгким. Если она не получит дозу сейчас, лучше умрёт, чем терпеть это. Напротив неё сидел молодой человек, он совершенно не интересовал Сильвию. Если честно, её давно уже никто не интересовал, кроме заветного порошка. О драгдилере она не знала ничего, кроме имени, но каждый раз, когда он протягивал ей пакетик ВОП, готова была поклясться, что любит его, этого Грега. Никто не давал ей такого стимула жить, как этот парень. Девушку не интересовали такие мелочи, как любовь. Сиди здесь растёкшееся дерьмо с глазами, она бы и ему облизала пятки. Сильвия пала не ниже других наркоманов, подсевших на ВОП по разным причинам, которые сводятся к одному Закону. От собственного достоинства не осталось ничего, ни единой крупинки. Её руки, обтянутые бледной, прозрачной кожей, тряслись. Но ей не холодно. Вообще-то здесь, в доме Грега, тепло. Но, как и холода, Сильвия не чувствовала и его. Всё, что имело хоть какое-то значение – это розоватый порошок, уносящий её в заоблачные дали. – Мне нужен ВОП. Ты знаешь, Грег. Мне нужен ВОП! Я заплачу. – Говорила она. Голос истерически срывался. – Я заплачу. Дай мне его! Прошу тебя. Прошу… Пожалуйста. – Послушай, киса, я бы и рад тебе помочь. – Парень растянулся на старом д

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Из глаз потекли слезы. Схватив оторванный кусок ткани, она отрезала прямоугольник, свернула его вчетверо, наложила на рану, а оставшейся полоской перевязала руку. Чем сильнее тянула, тема больше и крупнее слезы текли по щекам. Губу Джо искусала в кровь. Юркнув в черные брюки, свитер, Джо достала из тумбочки куртку и надела ее поверх. Сменила ботинки на более удобные и не такие потасканные, даже можно сказать, целые. По крайней мере, ноги теперь будут сухими. Рюкзак девушка набила нижнем бельем и сменной одеждой. Выудила спрятанные от сестры талоны и из черного комбинезона два пакетика ВОП, что добыла, хотя, признаться, была удивлена, что Сильвия их не нашла. Ведь дверь в комнату была выломана.

Ничто не заставило Джо приглядеться, заподозрить хоть малейший намек, что здесь побывала Зачистка. Она видела картину целиком, при этом не обращала внимания на мелочи. Поэтому, когда Джо открыла дверь туалета и по совместительству душевой, ее стошнило на пол. Ее выворачивало и выворачивало. Снова и снова, пока и без того пустой желудок жалобно не простонал. Голова ее закружилась, но все, что она могла – упереться на стену и дверной косяк. Из туалета напирал такой смрад, что глаза резало. На унитазе сидела Сильвия, облокотившись о смывной бачок. Тело ее было, словно решето, усыпанное дырами от пуль. В каких-то местах получилось просто месиво из плоти и крови. Она привалилась спиной с задранным подолом платья. Ноги лежали по разные стороны, и только натянутая ткань изношенных, спущенных до колен, трусов не позволяла им разъехаться. Прямая дорожка пуль была прочерчена ото лба до груди, а дальше, словно стрелок психанул и выпустил весь магазин. Не один. Далеко не один.

Джо буквально впечаталась в стену. Ее тело содрогалось от тяжелых, но тихих рыданий. Трясущиеся руки едва ли могли прикрыть лицо. Ей хотелось убежать, но ноги отказывались подчиняться. Они словно хотели, чтобы она как можно четче запомнила этот запах гниющего тела. Чтобы в память навсегда врезался сине-серый цвет изнеможенного лица сестры, покрытое темными, фиолетовыми и красными пятнами. Чтобы ночами снились открытые, блеклые глаза, потерявшие свойство видеть. Ноги словно примерзли к полу и говорили: «смотри, смотри, чувствуй! Прочувствуй, каково ей было». Слезы текли по щекам, не прекращая бесконечный, мокрый поток.

Она была не готова… Когда-нибудь. Но не сейчас. Но…

Сейчас. Именно сейчас, здесь и так.

Джо сжалась, опустившись на пол. Она хотела исчезнуть, раствориться в воздухе, пронизанным гнилью. Взорваться на миллиарды-миллиарды атомов и уйти в вечность. Поникнуть, увянуть, подобно растению. Но оставаться здесь, в этом доме, который теперь и ее не назовешь, – нельзя. Джо, собрав себя воедино из тысячи осколков, на ватных ногах порыскала в ящике.