Конечно, будет момент, когда меня накроет осознанием того, что я натворил, и я выпью не одну бутылку вискаря с Матвеем. Но это будет потом, все потом. Сейчас главное забрать мою малышку, мою девочку, придающую сил, мою Мадину, обнять и не отпускать ее никуда. Потому что так и должно быть. Потому что так правильно.
– Куда тебя? Домой?
– Нет, отвези меня к дому Алиевых. Я должен забрать свою женщину.
Я даже не заметил, как мы добрались до дома Мадины, я сидел в полнейшей прострации из-за случившегося. На самом деле, я не знал, как сообщить Мадине, что ее отца больше нет. Я боялся предположить, как она отреагирует и захочет ли связать свою жизнь с убийцей.
– Приехали, – неожиданно раздается голос Грачева.
– Спасибо тебе, Валерий Павлович, за все. Ты не представляешь, что сделал для нас.
– Перестань меня благодарить. Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Я не считаю, что искупил долг. Я раньше говорил, но все же повторю: жизнь ребенка, она бесценна. Но я бы предпочел, чтобы мы больше никогда не встретились.
– Ты ничего мне не должен, Валерий Павлович. В расчете. Береги себя и сына. Прощай, – и я выхожу из машины, не оглядываясь, и делаю шаг в сторону дома.
– Постой! – раздается сзади. – Я с тобой пойду. Прослежу, чтоб у тебя с охраной Алиева проблем не возникло.
Я ничего не отвечаю, мы подходим к воротам, и я жму на звонок.
Эпилог
Мадина
В детстве я любила мультфильм «Дюймовочка», особенно тот момент, где она вышла попрощаться с солнцем, но прилетела ласточка, забрала ее с собой в теплые края и тем самым спасла от нежеланного брака. Сейчас мне все напоминает сцену из этого мультика: я впервые за столько дней пребывания в родном доме вышла на улицу, надеясь, что солнце сможет согреть от ледяного холода, и заодно попрощаться с ним. Потому что завтра уже должен состояться мой никах, и я стану женой самого страшного человека после моего отца. Тогда и солнце, и луна, и звезды перестанут для меня существовать. Моя жизнь остановится. Лев научил меня жить и радоваться каждому мгновению, каждой мелочи, и это умение навсегда ушло вместе с ним из моей жизни. Потому что мне ничего не нужно без этого мужчины. И, к сожалению, у меня нет знакомой ласточки, которая смогла бы спасти меня от Амирхана.
Однажды я слышала, что один еврейский заключенный в концлагере нацарапал на стене: если Бог существует, то Ему придется умолять, чтобы я Его простил. Анализируя все, что произошло со мной за последние месяцы, я даже и не знаю, смогу ли я простить Его, ведь Он допустил все то, что случилось со мной, с моим еще не родившимся ребенком…
За моей спиной раздаются голоса, которые становятся все громче и громче. Нехотя оборачиваюсь, чтобы узнать, что там такое, и тут же застываю на месте. Ко мне широким шагом, не сводя с меня взгляда темных глаз, идет…Лев.






