ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мадина – дочь влиятельного человека. Лев – циничный мужчина, владеющий нелегальным бизнесом. Судьба свела их вместе после шестнадцати лет разлуки. Смогут ли двое любящих сердец Николь Келлер Мадина Пролог На детской площадке слышны детские крики и смех. Детство – это та пора, когда неважно, кто ты, на какой машине ездишь, кто твои родители, и сколько тебе лет. Твоя национальность, вероисповедание и то, на каком языке говоришь, совершенно не имеют значения. Потому что дети способны понимать друг друга, даже если еще не научились разговаривать. Этим они в корне отличаются от взрослых. А также еще искренностью и чистотой своих чувств, которые не умеют скрывать, выражают прямо и открыто. – Вот возьми, это тебе, – сняв с шеи медальон на золотой цепочке, темноволосая девочка лет шести протягивает его мальчишке, который на первый взгляд старше ее лет на десять. И что самое интересное, девчушка не обращала никакого внимания на его младшую сестренку, которая была одного с ней возраста, но зато не отлипала от ее брата. – Зачем? – буркнул парень, насупив брови. – Как зачем? На память! И потому что я люблю тебя, – бесхитростно отвечает девчушка, и румянец покрывает ее пухлые щечки. – Просто у меня больше ничего нет, – добавляет уже тише, скромно опустив глазки в пол. – А зачем мне от тебя что-то на память, если мы живем через дорогу?! – непонимающе спрашивает парнишка. – Неней1 говорит, что надо дорожить всем, что имеешь. Потому что потерять можешь в любой момент. Я не хочу тебя терять! – пылко восклицает малышка, – но неней уверяет, что это от нас не зависит. Поэтому я хочу, чтобы у тебя было что-то от меня на память, – по взрослому и серьезно утверждает эта малышка, невинно хлопая голубыми глазками. И, кажется, ей удалось очаровать хмурого парня, потому что в этот момент он протянул руку ладошкой кверху и пробурчал: – Ну, ладно, давай сюда свою штуку. Девочка широко улыбнулась

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Конечно, будет момент, когда меня накроет осознанием того, что я натворил, и я выпью не одну бутылку вискаря с Матвеем. Но это будет потом, все потом. Сейчас главное забрать мою малышку, мою девочку, придающую сил, мою Мадину, обнять и не отпускать ее никуда. Потому что так и должно быть. Потому что так правильно.

– Куда тебя? Домой?

– Нет, отвези меня к дому Алиевых. Я должен забрать свою женщину.

Я даже не заметил, как мы добрались до дома Мадины, я сидел в полнейшей прострации из-за случившегося. На самом деле, я не знал, как сообщить Мадине, что ее отца больше нет. Я боялся предположить, как она отреагирует и захочет ли связать свою жизнь с убийцей.

– Приехали, – неожиданно раздается голос Грачева.

– Спасибо тебе, Валерий Павлович, за все. Ты не представляешь, что сделал для нас.

– Перестань меня благодарить. Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Я не считаю, что искупил долг. Я раньше говорил, но все же повторю: жизнь ребенка, она бесценна. Но я бы предпочел, чтобы мы больше никогда не встретились.

– Ты ничего мне не должен, Валерий Павлович. В расчете. Береги себя и сына. Прощай, – и я выхожу из машины, не оглядываясь, и делаю шаг в сторону дома.

– Постой! – раздается сзади. – Я с тобой пойду. Прослежу, чтоб у тебя с охраной Алиева проблем не возникло.

Я ничего не отвечаю, мы подходим к воротам, и я жму на звонок.

Эпилог

Мадина

В детстве я любила мультфильм «Дюймовочка», особенно тот момент, где она вышла попрощаться с солнцем, но прилетела ласточка, забрала ее с собой в теплые края и тем самым спасла от нежеланного брака. Сейчас мне все напоминает сцену из этого мультика: я впервые за столько дней пребывания в родном доме вышла на улицу, надеясь, что солнце сможет согреть от ледяного холода, и заодно попрощаться с ним. Потому что завтра уже должен состояться мой никах, и я стану женой самого страшного человека после моего отца. Тогда и солнце, и луна, и звезды перестанут для меня существовать. Моя жизнь остановится. Лев научил меня жить и радоваться каждому мгновению, каждой мелочи, и это умение навсегда ушло вместе с ним из моей жизни. Потому что мне ничего не нужно без этого мужчины. И, к сожалению, у меня нет знакомой ласточки, которая смогла бы спасти меня от Амирхана.

Однажды я слышала, что один еврейский заключенный в концлагере нацарапал на стене: если Бог существует, то Ему придется умолять, чтобы я Его простил. Анализируя все, что произошло со мной за последние месяцы, я даже и не знаю, смогу ли я простить Его, ведь Он допустил все то, что случилось со мной, с моим еще не родившимся ребенком…

За моей спиной раздаются голоса, которые становятся все громче и громче. Нехотя оборачиваюсь, чтобы узнать, что там такое, и тут же застываю на месте. Ко мне широким шагом, не сводя с меня взгляда темных глаз, идет…Лев.