– Откуда ты здесь?
Габриэль вышел из комнаты с пультом от игровой приставки, которую я подарила ему очень давно, еще когда он мучился от безделия, и с ворчанием подставил лицо, позволяя чмокнуть себя в небритую щеку. Он по-прежнему чуть прихрамывал на правую ногу: после битвы за Сан-Клементе она оказалась сломана в нескольких местах, и долгое время ему приходилось использовать костыли. Этот период стал настоящим испытанием и для него, и для нас. Отвращение к собственной слабости делало его еще более несносным, чем обычно; в какой-то момент мне даже показалось, что он готов свести счеты с жизнью, и тогда я в панике побежала советоваться с Франциско, как же уберечь его от необдуманных поступков. Он, тщательно поразмыслив, обратился к Августу. Теперь Габриэль работал в тюрьме, куда раньше страшился попасть. Мы не виделись уже несколько недель, потому что нас с Франциско, как и любых гражданских, больше не допускали на тщательно охраняемую территорию Сан-Клементе, а у него редко получалось вырваться.
- Мне дали отпуск, который, кстати, скоро закончится, потому что я почти двое суток до вас добирался. Вот если бы можно было использовать портал…
- Никаких порталов, Гэб, - отрезал Франциско. – Я не дам тебе камень, и закончим на этом.
- Почему?! – мгновенно взвился тот. – Я поклялся тебе, что буду послушным, как ваш Дакота, выслуживающийся перед людьми! Что никому не причиню вреда! Как ты можешь бросать меня в таком положении, практически оставлять калекой, когда у тебя на руках есть лекарство?!
- Гэб, Нари отправит тебя за решетку, если ты вновь станешь симбионтом, - примиряюще заметила я. – Зачем оно тебе сейчас? Чтобы не испытывать голод?
- Он ни о чем не узнает! – парировал Габриэль.
- Да? А что насчет Августа?
Услыхав имя грозного майора, которого он втайне опасался и перед которым ежедневно отчитывался на Сан-Клементе, Габриэль скис и произнес уже гораздо менее резким голосом:
- Андреа, войди хоть ты в мое положение.
- Я понимаю, Гэб, правда. Но тебе не кажется, что ты уже почти научился обходиться без кровавых подношений? Посуди сам: у тебя есть работа, на которой ты добился уважения своими знаниями, а не силой, и на которой к твоему мнению прислушиваются; есть возможность жить без оглядки на прошлое и свободно перемещаться по улицам – те же симбионты, в отличие от тебя, вынуждены тратить много времени и нервов на регистрацию и ежемесячные проверки. В конце концов, у тебя есть семья. Мы всегда будем поддерживать тебя, Гэб. Неужели ты хочешь отказаться от всего, чего достиг своими руками и своей головой, в угоду зависимости от симбиоза?
Габриэль с сомнением нахмурил бесцветные брови. Он растерял пламенное желание спорить, хотя упрямый огонек в его глазах так и не погас.






