Вижу в ее зеленых глазах скопившиеся слезы и наклоняюсь, чтобы целомудренно поцеловать губы.
– Я… ты правда останешься, если я не захочу ехать?
– Да.
– Но… – Она хмурится. – Почему?
– Потому что я люблю тебя? – Пожимаю плечами.
– Любишь? – Широко распахивает глаза.
Улыбаюсь.
– Люблю. Я безумно тебя люблю. Я знаю, что никогда не говорил это вслух, но… Каждый раз, когда ты засыпала на моей груди, я произносил в своей голове эти три слова. Знаю, глупо, но мне было страшно закричать о своей любви.
– И что же изменилось?
– Я наконец перестал бояться признаться себе самому в том, что ты моя семья.
Одинокая слеза стекает по ее щеке, и я ловлю ее губами.
– И я буду там, где будешь ты. Всегда. Так что скажешь?
– Да! Конечно да! – шепчет она в ответ. – Я тоже тебя люблю, Мэттью.
От ее признания в груди становится теплее. Крепко обнимаю ее, обхватив руками изящную талию. Сознание накрывает эйфорией счастья. А по венам растекается нежность. Провожу пальцем по ее губам, и с них срывается короткий вздох, пока ее красивые глаза наполняются слезами. Она накрывает мои губы своими, и мы сладко кружим языками, переплетая их в нашем собственном танце нежности.
Этим поцелуем я закрепляю клятву любить ее. Каждый новый день.
И не важно, в каком городе или стране мы будем встречать этот самый день, важно только то, что мы будем встречать его друг с другом.
Я чертов счастливчик, что тогда сделал этот сэйв, ведь отныне я точно знаю, что Эмили Фишер не просто моя зависимость или та самая вторая половинка сердца с карты Купидона. Эмили Фишер – весь мой мир.
Эпилог
Parmalee, Blanco Brown – Just The Way
Эмили
15 лет спустя
Когда я просыпаюсь, за окном ярко светит солнце. Небо такое ясное, что на нем нет ни облачка. Сажусь в постели и любуюсь океаном, волны которого пытаются обогнать друг друга у золотистого берега. Бирюзовая гладь воды мерцает и заставляет меня зажмуриться, и в этот момент на моих губах появляется улыбка от ощущения умиротворения.
Поднимаюсь на ноги и выхожу из спальни. По запаху яблок и корицы догадываюсь, что Мэттью на кухне. Торопливо сбегаю по лестнице и замираю.
Солнечный свет освещает деревянные кухонные фасады, и их золотистые ручки переливаются разноцветными мушками. Из портативной колонки звучит джазовая мелодия, и Мэттью что-то напевает себе под нос. На нем лишь спортивные штаны, и я вижу, как напрягаются мышцы его рук, пока он выкладывает на сковороду овсянку с яблоками. На его груди красуется слинг, а в нем спит наша маленькая Мэри. Облокачиваюсь на дверной косяк и с нежностью смотрю на этих двоих.
Будто ощутив мое присутствие рядом, Мэттью поворачивает голову, и наши взгляды встречаются. Его искрящиеся карие глаза наполняются теплом, а пухлые губы озаряет улыбка.






