ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Верная, значит? — Верная. — А он? — И он. — Почему тогда ты тут одна? Разве он не должен тебя встречать? — Должен — не должен — каждый решает сам. Но я не сомневаюсь, что встретил, если Рина Беж Сделка-only Глава 1 — Да, мляяя! Пи@дец! Именно таким возгласом меня встречает культурная столица нашей родины. Знаменательно. Почти пророчески. Но об этом я узнаю чуть позже. Сейчас же молча запихиваю сотовый, которым так и не успела воспользоваться, в накладной карман сумки и поднимаю взгляд на молодого человека. — Неудачно вышло. Но я, правда, тебя не видел, — выпаливает он. Еще секунду назад украшавшая его довольное лицо улыбка тускнеет, а на смену приходит грустная моська с виноватым выражением, когда он принимается изучать творение своих рук. — Извини, а? Я тоже опускаю взгляд себе на грудь. И морщусь, рассматривая большое темно-коричневое пятно от кофе, расплывающееся все шире. Моя любимая нежно-голубая блузка в мелкий горошек безбожно испорчена. Неудачно вышло. Судя по всему, парнишка только купил большой стакан американо и две трети его опрокинул не в себя, а на меня. — Ты не обожглась? Чего молчишь? Немая? Или в шоке? Ну, инцидент, конечно, не из приятных, однако, до шока мне тоже далеко. Если бы из-за каждого недоразумения я впадала в прострацию, давно бы работала только на одни лекарства. Когда пять лет назад в числе прочих соискателей подавала документы на должность помощника начальника юридической службы нашей организации, удивлялась, почему стрессоустойчивость идет вторым пунктом в списке требований к замещаемой должности. Сразу после уровня образования. Поработав с недельку, удивляться перестала. В «Слайтон-строе», чтобы удержаться, приходится либо ведрами глотать валерьянку, либо иметь железные нервы. В ином случае спасет лишь поиск нового места службы. — Эй, девушка! Черт! Это ты так расстроилась, что дар речи пропал? А хочешь, я тебе химчистку оплачу? И во

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Потому что это не только гораздо больше, чем я могла ожидать, это… чудо, которое вам протягивают в открытых ладонях. Он не просто собирается меня простить за глупости, совершенные по незнанию, он планирует меня же защищать.

Меня… саму себя уже обвинившую в косвенной причастности к смерти его сестры.

Доверие?

Да, именно с него всё и началось. С того чувства, которое я, оказывается, давно где-то потеряла и не заметила. А сидящий передо мной мужчина, молчаливо наблюдающий за сменой эмоций на моем лице, не захотел мириться и теперь настойчиво и жестко, как умеет, пытается его вернуть. Впихнуть в меня. Сделать другой.

Готова ли я меняться?

Хороший вопрос.

Но и ответ известен.

Готова. С ним.

Больше ни секунды не медля, подхватываю ручку, переворачиваю договор, не видя в нем ни одной буквы, отгибаю последний лист и подрагивающими пальцами вырисовываю чуть кривоватый автограф.

Я свой выбор сделала.

Глава 36

— Спасибо.

— За что? — хмурюсь.

Засмотревшись, как Виктор пододвигает к себе документ, неторопливо расписывается и после убирает его в ящик стола, пропускаю момент, когда он вновь сосредотачивает все внимание на мне.

— За доверие, Вера.

Его голос по-прежнему нейтрален, но взгляд.

Он меняется. Смягчается и светлеет. Это выглядит так, будто сквозь тяжелую, почти черную тучу

прорывается и выскальзывает солнце, моментально освещая все вокруг.

Арский не только сам — хамелеон, ловко умеющий менять маски, но и взгляд у него соответствующий. Безумно говорящий.

Или это я настолько заточена на него самого и его эмоции, что улавливаю самые незначительные нюансы и оттенки?

И реагирую.

Чутко. Остро. Мгновенно.

— Я боялась. Боялась тебе говорить, — спешу объяснить причины своего молчания, — я боялась, что ты не поймешь и оттолкнешь…

Складываю руки на коленях и сжимаю в замок.

Говорить о собственных страхах сложно, но я больше не хочу, чтобы мои поступки понимали неверно и трактовали искаженно.

— И тогда я…

— Стоп!

Одно негромко произнесенное слово обрывает мою речь на полуслове и заставляет поднять взгляд.

— Так не пойдет, — произносит мужчина, качая головой.

Не понимаю его. Сдвигаю брови и прикусываю губу.

Не нужно рассказывать?

Ему неинтересно?

Или он сейчас куда-то спешит? И я должна буду…

— Иди ко мне, — Арский протягивает руку раскрытой ладонью вверх, — иди сюда, давай, Ве-ра.

Зовет, как пугливого котенка.

Сглотнув, поднимаюсь из кресла и, сделав лишь три шага, оказываюсь сидящей на мужских коленях.

— Вот так-то лучше, — выдыхает мне в макушку и, обняв за талию, крепко прижимает к себе.

Тело окутывает знакомое тепло. Запах мандарина и корицы, такой привычный и любимый, будоражит обоняние. И успокаивает.

Бесшумно втягиваю его в себя и расслабляюсь. Ощущение, будто отворили дверь и позволили войти домой.

Бесподобно.