ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Работать няней не так уж и плохо, даже несмотря на то, что мой босс – самый несносный отец-одиночка в мире. Все усложняет лишь одно: я не могу отвести от него глаз. Кейд Итон на тринадцать Элси Сильвер Бессердечный Elsie Silver HEARTLESS Copyright © 2022 by Elsie Silver The moral rights of the author have been asserted. © Елагина А., перевод на русский язык, 2024 © Издание на русском языке. ООО «Издательство «Эксмо», 2025 1 Кейд Взгляд Люси Рид устремляется в мою сторону. Чересчур благодарный, как по мне. – Ну, я обожаю рукодельничать. В свободное время занимаюсь скрапбукингом[1]. Вяжу. Готова поспорить, Люку вязание пришлось бы по душе. Тебе так не кажется, Кейд? Я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться над тем, как она мурлычет мое имя. А еще я бы с удовольствием посмотрел, как кто-то заставляет Люка посидеть спокойно достаточно долго, чтобы он что-то сотворил спицами. Теперь она с улыбкой обращается к Саммер, невесте моего младшего брата: – Ты же знаешь, как это бывает. Всем нам нужны женские хобби, правда? Из угла комнаты, где сидит мой отец, доносится хихиканье. Подбор няни превратился в полноценную семейную задачу. И настоящий кошмар. Саммер поджимает губы и фальшиво улыбается: – Да, конечно. Я едва не фыркаю. По представлениям Саммер, женское хобби – приседать с тяжелыми блинами в спортзале и мучить взрослых мужчин во имя «личных тренировок». Она нагло врет, но, возможно, из-за того, что она все еще новенькая в городе, Люси об этом не догадывается. Или, может, Люси ведет себя с моей будущей невесткой, как язвительная сучка, поэтому Саммер ей так отвечает. – Хорошо. – Поднимаюсь я с места. – Что ж. Мы с вами свяжемся. Люси, кажется, немного ошарашена тем, как быстро я перевел разговор в другое русло, но я уже услышал и увидел все, что меня интересовало. Кроме того, врачебный такт – не моя сильная сторона. Мне по душе резко срывать пластырь. Я поворачиваюсь на пят

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он ерошит волосы Вайолет и поздравляет Слоан.

Та тянется к нему, в его медвежьи объятия, прижимается лбом к его груди, а он гладит ее по волосам.

Я вспоминаю, что так же глажу Уиллу, и сразу же начинаю искать ее в толпе: она стоит рядом в облегающих джинсах и, улыбаясь, держит за руку нашего мальчика.

И, черт возьми, как же хорошо они смотрятся.

– Ви, знакомься – Уилла. – Я не уточняю ее роль. Не называю ее своей няней, потому что это неправда. И не называю ее подругой, потому что это тоже, черт возьми, неправда.

– О-о-о! Да! Уилла! – Вайолет поворачивается, и на лице у нее появляется искренняя улыбка при взгляде на Уиллу и Люка.

– Я так много о вас слышала, – говорит она, направляясь к ним.

– Взаимно, – улыбается в ответ Уилла, и я понимаю, что они поладят.

Я не упускаю из внимания, что Вайолет подмигивает мне через плечо Уиллы, когда они обнимаются.

Харви и его чертов длинный язык. Он треплется о нас с Уиллой всем и каждому с того дня, как я закинул ее себе на плечо. Как будто если он расскажет достаточному количеству людей, то у нас с ней все точно получится.

– Готовы? – кричу я, желая поскорее закончить это шоу и откинуться на спинку стула, попивая пиво Cold Brew. Возможно, я еще пущусь во все тяжкие со своей девочкой и узнаю, выполнила ли она мои указания.

Скорее всего, нет. И это мне в ней нравится.

Черт, я люблю ее и точка.

Ты должен ей признаться.

Слова Саммер часто всплывают в голове. Должен, но я чертовски напуган, так что откладываю мысли в сторону и беру себя в руки. С этим мы разберемся в другой день.

Через час все лошади уже оседланы, и мы приступаем к работе. Вакцинация. Метки. Болтовня ни о чем.

И знаете, а сестренка и правда накидывает веревку все еще лучше меня.

Щелчок, и меня впечатывает в металлическую панель.

– Черт!

– Кейд? – Джаспер с Реттом соскакивают с лошадей и мчатся ко мне.

– Черт, вот дерьмо! – Я прижимаю к груди руку, и ее пронзает жгучая боль.

Парни перелезают через ограждение.

– Джаспер, не смей заходить сюда, ты, сумасшедший ублюдок. Получишь травму, и вся страна меня возненавидит. – В этом году Олимпиада. И по моей вине не должны вывести из строя первого вратаря нашей страны.

– Слишком поздно, засранец, – спрыгивая ко мне, бормочет он, пока Ретт регулирует ворота, чтобы коровы не смогли приблизиться.

Я держу руку в надежде, что если хоть минуту подышу носом, боль пройдет.

Я давно в этом деле и знаю лучше.

– Перелом? – кричит Ретт, а Джаспер бросает на меня равнодушный взгляд, говорящий о том, что я должен показать ему руку.

– Ты – чертов хоккеист. Не врач.

– Я достаточно умен, чтобы сделать обоснованное предположение. – Джаспер смотрит уже стервозно. И, честно говоря, он довольно хорош.

С раздраженным вздохом я протягиваю ему правую руку, мизинец и безымянный палец которой выглядят опухшими.

– Ну да.