– На что ты рассчитываешь, женщина? – Холодно осведомился Вальмонт, неторопливо ступая по усеянной каменными осколками земле.
– На что я рассчитываю?! – Издевательски расхохоталась Изольда. Послушный ее воле вихрь послушно поднял ее легкое тело воздух на несколько метров. – Я рассчитывая раздавить тебя как таракана, червь! – Взвизгнула она, одновременно вскинувруку. Столб ревущего пламени рванулся в сторону инквизитора. Путь ему заслонила каменная плита, вырванная волей инквизитора прямо из мостовой. Короткий жест изящной руки элементалистки, и раскаленная пламенем плита осыпалась на землю грудой мелкозернистого песка.
Пользуясь тем, что Изольда увлеченно обрушивала на инквизитора непрерывный поток буйствующей стихии, Гарвель аккуратно пробрался к телу Торкуса. Его демоническое зрение безошибочно определила, что тот еще жив. Перевернув доминиканца лицом вверх, Гарвель вздрогнул. За свою практику он еще ни разу не видел столь отвратительной картины. Начиная с шеи, плоть инквизитора растворилась. Ее место заняла отвратительная, пузырящаяся масса. Сквозь ее полупрозрачную структуру можно было видеть, как сотни тоненьких отростков шевелятся, проникая в жизненно важные органы. Мышцы инквизитора с тихим шипением растворялись, обращаясь все в ту же полупрозрачную гадость, давая ей пищу для дальнейшего роста. Нащупав сознание Уфира, Гарвель немедленно получил хлесткий удар по нервам, от которого едва не потерял сознание. Однако теперь он знал все, что здесь произошло. А еще теперь он знал, что нужно делать. Погрузив раскрытую ладонь в отвратительное белесое месиво, в которое Уфир превращал плоть инквизитора, Гарвель прошептал простенький аркан, установивший связь с фамильяром. Хлынувшая по этому каналу сила, пройдя через руку демонолога, бурным потоком влилась в тело инквизитора, сросшегося воедино с плотью Уфира. Эффект был почти мгновенным, полужидкая мерзость вскипела, стремительно превращаясь в мышцы, сухожилия, нервные окончания. Все, что было повреждено во время битвы с Изольдой, стремительно восстанавливалось. Тонкие длинные отростки, пронизавшие тело Инквизитора, на миг пропустили короткий электрический разряд. Судорожный вздох вырвался из глотки доминиканца. Впервые за последние несколько минут. Сердце вновь забилось ровно и мощно: ему больше не требовалась посторонняя помощь, чтобы перекачивать кровь. Еще через мгновенье к нему подключилось второе. Больше не обращая внимания на стремительно возвращающее себе прежний вид тело доминиканца, Гарвель обернулся к сражающемуся с Изольдой Вальмонту. Впрочем, сложно назвать сражением, когда один из противников тратит все силы только на то, чтобы остаться в живых.






