Это могли делать лишь взрослые, получившие разрешение в полиции округа. Малыши и более старшие дети с магическими способностями всё равно попадали на изнанку города: их неразвитый дар был неустойчив и без контроля сам открывал магический проход на пустынные улицы Раттема.
– Трусиха! – фыркнула Мина, чтобы подбодрить себя.
Она очень хотела попасть в другой Раттем. Один раз ей удалось правильно настроиться и приоткрыть дверь, но это случилось днём, и подоспевшая гувернантка развеяла слабую магию Мины. Сейчас девочка ощутила похожий холодок и зуд в пальцах. Значит, магия наполнила маленькое тело, потекла под кожей, готовая вырваться наружу.
– Получится, получится, – прошептала Мина, прижав господина Пуффи к груди, и приоткрыла дверь.
Темнота тонкими щупальцами придвинулась к босым ногам. Девочка сделала шаг назад, продолжая тянуть шею и не сводя глаз с узкой щели, в которую уже было видно часть знакомого коридора. Стеклянные шары не горели жёлтыми искрами, а тускло светились лазурью, будто заполненные жидким льдом над глубокой водой.
Мина часто заморгала, намеренно зажмурилась на пару мгновений, снова распахнула глаза, убеждаясь, что лазурь никуда не исчезла, а коридор утопает в переплетении самых разных оттенков синевы. Неспящие маги, свободно ходящие на теневую сторону Раттема, упоминали этот необычный свет, присущий изнанке города.
– Я только одним глазком… Идёмте, господин Пуффи, – тихо проговорила Мина и переступила порог комнаты, сразу попав из золотистого тепла и уюта в хрустальную синеву теневого дома.
Через несколько шагов Мина поняла, что сглупила, отправившись на прогулку босиком. Она пару раз обернулась на приоткрытую дверь детской, уже впитавшей холодные оттенки потустороннего мира. Мина не знала, что случится, если она вернётся за мягкими домашними тапочками, и боялась разрушить хрупкую магию. Ногам быстро сделалось зябко, и Мина поджала пальцы.
Пока она раздумывала и, прикусив нижнюю губу, вглядывалась в покинутую комнату, в конце коридора скрипнули ступени.
Глава 3
Развернувшись, Мина увидела, что окно рядом с лестницей распахнуто и ветер треплет занавеску. Та словно летела, трепыхаясь в воздухе
Ночь на изнанке Раттема никогда не бывала тёмной, и холодный свет с улицы потоком заполнял дом, создавая причудливые тени на стенах и полу. Переплетение тёмных фигур кривлялось и наплывало на Мину. Ноги совсем закоченели и словно приросли к полу. Тени скользили вдоль стены, волнами накатывали и отступали. Снова и снова тянулись к Мине.
Не в силах двинуться с места, перепуганная Мина уронила игрушку и закрыла глаза ладошками. Сердечко забилось часто-часто, как у настоящей мышки. Обычная храбрость покинула Мину.
Шли минуты, но ничего ужасного не происходило.






