ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Дикая собака» – дебютный роман финского писателя Пекки Юнтти о поиске молодым человеком своего истинного предназначения. Девятнадцатилетний Саму вопреки желанию своего отца покидает Пекка Юнтти Дикая собака Роман Pekka Juntti Villikoira * * * Copyright © Pekka Juntti (2022) © Б. Высоцкая, перевод на русский язык, 2024 . ТОО «Издательство „Фолиант“», 2024 * * * Сайми, Эелису и Юхо посвящается – без вас не было бы ничего Ощущаешь запах смолы, помета глухарки в покинутой ямке под снегом, едкий запах сохатого, выполняющего свое дело в питомнике. Чувствуешь градинки пальцами ног, цепкую хватку голода, леденящий воздух в ноздрях. Видишь падающие тени лесных исполинов, космы бородатого лишайника в заповеднике, темные пики гор, согнутый пургой березняк – как белые ребра задранного оленя-самца, и залитую лунным светом поляну, по глади которой скользит тень лисицы. Слышишь призывную трель мохноногого сыча, щебетанье беспечно скачущих синиц, прыжок летящей в ельнике куницы, просыпающийся в кронах ветер и собственное дыхание, монотонное шуршание своих шагов по снегу – шагов родом из вечности, уходящих одновременно в никуда и пронизывающих все. Бежишь сквозь ледяные покровы, через холмы, следуешь по замерзшему руслу ручья, на дне которого затаились окуни и хариусы. Шаги раздаются вновь и вновь, проходят сквозь века, становятся их частью, сливаются с белым пространством. Исчезаешь. I Где высятся ясные волшебные горы Скандинавии и розы кругом, Тенгелиё струит свои быстрые воды. Джеймс Томсон. «Четыре времени года» [1] Самуэль День третий Родился я трижды, но на этом все и кончится. В этих углах блуждает смерть. Появился на свет девятнадцать лет четыре месяца семь дней и шестнадцать часов назад. Перелистал назад книгу жизни, было время. Ворвался в этот мир среди ярких огней центральной больницы, с овальной головой, покрытой кровью и плацентой, хотя отец всегда говорил, что парни Сом

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Прошло некоторое время, прежде чем я осознал, что это был грузовик, что грузовики обычно ездят по дорогам, и на этот раз именно по той дороге, на обочине которой тихо стоял мой «Хайлакс». Я замерзал насмерть в шаге от своего спасения, и поскольку это было совершенно бессмысленно, заставил себя встать, добрести до дороги и по дороге – к машине. Разогрел максимально двигатель, кабина прогрелась, потихоньку оттаял и я – настолько, что ко мне вернулась способность функционировать. Я вышел из машины и, дрожа от холода, побежал по своим следам к саням, завел их и взвыл от боли, ибо кончики пальцев были отморожены. На санях подъехал к машине.

Обо всем этом, как и о своих печальных мыслях, я не рассказал, но мне казалось, что Матти все же понял. Когда я, вернувшись из поездки, стоял во дворе фермы, измученный, словно исхлестанный самой кайрой, Матти взглянул на меня внимательно и сказал

да-а-а, так

. Затем начали поступать команды:

сначала в сауну, потом поесть, я положу твою одежду сушиться, не забывай пить

.

В полумраке сауны я массировал негнущиеся пальцы, в которые постепенно возвращалась теплая кровь. Закрыл глаза, увидел снежные болота, окраины которых украшали узоры жемчужных лент, сплетенных следами собачьих лап. Видел согнувшиеся над ними гигантские деревья, свинцово-холодное синее небо. Вспомнил бессильное одиночество, и плач вырвался наружу, словно приступ кашля.

Впервые я был на грани жизни и смерти. Подошел слишком близко к темным водам Стикса, глубины которых никто из живых не знал. Осознал, что мог умереть. Уйти навсегда.

Зашумела микроволновка, Матти принес на стол растопленный хлеб. И только теперь он начал ругаться.

– Почему ты самовольно отправился туда один? В такую непростую кайру. Ты даже не имеешь права там ездить.

Так началась головомойка. Санна причитала, что они чертовски волновались, как я мог поступить так, уехать по собственному желанию в такую даль, да еще допустить, чтобы сотовый телефон разрядился.

– Я звонила, вероятно, раз двадцать.

– Почему ты не сказал нам, куда едешь и что собираешься делать? Боже мой, это правило номер один, – прорычал Матти.

– Я думал, что поймаю их… что-то вроде сюрприза.

– Ну

да, сюрприз ты и устроил. Вероятно, это был бы суперсюрприз. Хендлер фермы хаски замерз насмерть, – сказала Санна, одновременно рисуя в воздухе заголовок газетной статьи.

– Я не думал, или чтобы…

– Так начинай же думать! – взревел Матти и направился в гостиную, где долго пыхтел, облокотившись на диван. Затем он вернулся и продолжил ровным голосом: – Они того не стоят, никакая из собак. Кайру нужно уважать.

– Конечно, я уважаю, – пытался начать я, на что Матти прорычал проклятия.

– Нужно понимать, что ты – всегда более слабая сторона. Лес сильнее человека, всегда был.