Её голова резко поворачивается в мою сторону, и я вижу, как мимика незнакомки преображается при виде меня — от страха к облегчению, а потом она улыбается.
— Ты видишь меня? — кричит она в ответ, вскакивая на ноги. — Я думала, что сошла с ума! Что это какой-то кошмар!
«Как хорошо тебя понимаю» — думаю про себя, опять замечая, что губы двигаются в такт мыслям.
— Спускайся! — кричит она.
Но я не могу и говорю ей об этом. Тогда мы решаем, что подождем до утра. Девушка перетаскивает под стебель моей розы себе пару лепестков и устраивается под ним.
— Меня зовут Элис, — наконец представляюсь я.
Девушка запрокидывает голову и я вижу, как её глаза расширяются.
— Меня... меня тоже зовут Элис, — шепчет она, тоже наверняка задумываясь о том, что это не похоже на простое совпадение.
Мы смотрим друг на друга в изумлении пару секунд.
— Откуда ты? — спрашиваю уже с опаской.
— Из Дублина. Я танцовщица. Балет, — её ирландский акцент действительно очень заметен, а у меня что-то обрывается внутри. — Я готовилась к важному выступлению, и вдруг... вдруг я здесь. Где я? Что это за место?
— Я из Лондона. И тоже танцовщица. Но понятия не имею, где мы. Это не может быть реальностью. Это должен быть сон. Или... или я сошла с ума.
Ирландская Элис уже не удивляется, ее красивое лицо напротив, становится кукольно-беспристрастным. Это кажется странным. Но уже ничему не удивляюсь. Девушка напугана и имеет право на странности. Было странно — я только что встретила Элис, но она была единственным якорем к реальности в этом безумном мире. И она была такой же потерянной. Мне вдруг до боли в груди захотелось ее обнять. Именно это в первую очередь и решила сделать, когда спущусь вниз утром.
— Может быть, завтра мы сможем найти выход отсюда, — успокаиваю ее, поддерживая хотя бы на расстоянии.
— Ты думаешь? — спрашивает она с надеждой в голосе.
— Обязательно, — отвечаю, хоть и сама в это мало верю.
С наступлением ночи ирландская Элис устраивается спать на груде розовых лепестков, которые мягче облака. Они пахнут так интенсивно, что кажется, аромат проникает прямо в мозг. В бутоне сейчас пахнет наверняка еще сильнее, чем у нее внизу. Стараюсь дышать ртом, ведь голова начинает болеть. Прижимаюсь к
лепесткам, и пытаюсь уснуть. Место укромное, а усталость быстро завладевает сознанием. Но сон не приходит, лишь липкая вязкая дремота окутывает тело, которое все печет из-за многочисленных царапин. Ночь быстро опускается на розовый лес, и с ней приходит что-то ещё.
Я слышу ужасающий рев раньше, чем вижу. Звук глубокий, низкий, похожий на землетрясение или гром. Он заставляет позвоночник выгнуться от ужаса. Я выглядываю из бутона и замечаю, как в темноте колышутся стебли гигантских роз вдали. Не от ветра. От чего-то, что движется сквозь них.






