ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Об Антоне Павловиче Чехове написаны сотни книг. Это и серьезные исследования, и подробные биографии. Но, по-видимому, ни одна из них не может быть названа вполне исчерпывающей, ведь заслуги Полина Ребенина Антон Чехов © Ребенина П., 2025 © ООО «Издательство „Вече“», 2025 Введение «Нянька Варька, девочка лет тринадцати…» Эти строки из рассказа Чехова «Варька» до сих пор время от времени всплывают в моей памяти… А ведь прошло уже несколько десятилетий с тех пор, как я произносила эти слова со сцены… Было тогда и мне самой лет тринадцать. Училась я хорошо и памятью обладала просто феноменальной. Это заметили учителя и поручили мне выучить этот рассказ Чехова наизусть. Понимали, что для меня особого труда это не составит. А потом на каждом концерте, посвященном какой-либо знаменательной дате, будь то школьный литературный вечер или же мероприятие к годовщине революции, неизменно выставляли на сцену меня. И я с выражением произносила чеховскую «Варьку», 3–4 страницы текста проговаривала наизусть. С трепетом душевным читала я этот рассказ, особенно потрясал его трагический конец, когда бедная, измученная Варька, не осознавая того, что делает, душит орущего ребенка и наконец-то спокойно засыпает. Чтение этого рассказа волновало меня и неизменно вызывало сочувствие и энтузиазм в зрительном зале. С той поры Чехов – один из моих самых любимых писателей. Поначалу интересовали меня его детские рассказы – «Ванька», «Каштанка». Однако читать его было так легко и увлекательно, что вскоре перечитала я все его произведения, за исключением пьес. А уже в зрелые годы произошел еще один эпизод, обративший мое внимание на русского классика. В 2001 году, когда я работала врачом в Европе, преподнес мне мой пациент-швед замечательный подарок – билет в стокгольмский театр на пьесу Чехова «Три сестры». Таким образом хотел он выразить свою благодарность за теплое отношение и успешное лечение чле

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И не берут во внимание того, что Чехов в момент написания письма был совершенно здоров (или же считал себя таковым), рядом с ним была большая дружная заботливая семья, каждый день его дом в Мелихове был полон гостей – интереснейших людей. Да и многочисленные поклонницы не оставляли его в покое. И хотелось ему еще так много сделать – написать свои лучшие произведения и путешествовать, чтобы повидать и прочувствовать весь мир…

Ну а теперь, после трагического случая в ресторане «Эрмитаж», все стало по-другому. Как говорили латиняне, «tempora mutantur et nos mutantur in illis», что значит «времена меняются, и мы меняемся вместе с ними». Это в полной мере относится к Антону Чехову, теперь он был не только старше, но и тяжело, неизлечимо болен: у него чахотка с частыми и тяжкими обострениями – лихорадка, кашель, легочные кровотечения, потеря сил. Ему необходим любимый и любящий его человек рядом. И он, казалось бы, встретил такую женщину, Ольгу Книппер, но жить вместе она, несмотря на все уверения, не хотела. И выходило так, что, несмотря на все предписания, пищу давали ему совершенно неподходящую, и компресс ставила неумелая горничная, и о тысяче мелочей, из которых состоит режим такого больного, некому было позаботиться. Однако любимая женщина была необходима не только затем, чтобы позаботиться о его быте, но и для того, чтобы родить ребеночка, осуществить то, о чем он уже давно мечтал. Он уговаривал свою жену, ведущую актрису МХТ: «Я ничего не имею против того, чтобы ты была знаменитой и получала тысяч 25–40, только сначала постарайся насчет Памфила». Об этом «Памфиле» или «полунемчике», они часто упоминали в своих письмах. Оба мечтали о ребенке.

Но вот в 1902 году, через несколько недель после четырехдневного пребывания в Ялте, уже по дороге в Москву Ольга почувствовала себя дурно. И вскоре Антон Павлович получает из Петербурга письмо, датированное 31 марта, о случившемся выкидыше. «Два дня не писала тебе, Антончик мой! Со мной вышел казус, слушай: оказывается, я из Ялты уехала с надеждой подарить тебе Памфила, но не сознавала этого. Все время мне было нехорошо, но я все думала, что это кишки, и хотя хотела, но не сознавала, что я беременна… послали за докторами. А я начала пока догадываться, что это было, и обливалась горючими слезами – так мне было жаль неудавшегося Памфила. Пришли два доктора – помощник Отта знаменитого, а потом и сам Отт. Народу у меня весь день толпилось адски много, все дамы всполошились» (31 марта 1902 г.). В этом письме есть два лукавства. Одно – желание убедить мужа, что это ребенок от него. Другое – растрогать Чехова своими переживаниями («обливалась горючими слезами», «Я и сегодня еще плакала, но вообще – герой»).