ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Максима Долина постигает страшное горе: во время пожара на выставке сгорает уникальная коллекция солдатиков, которую он собирал многие годы. Черная полоса в жизни только начинается: его Александр Варго Коллекционер Часть 1 «Самый большой страх коллекционера — это когда после его смерти жена продает коллекцию по тем ценам, что он ей называл…» — Макс, тебя шеф вызывает. Долин поднял глаза, с трудом оторвав взгляд от монитора. Аня, двадцатилетняя рыжеволосая секретарша, как всегда, выглядела бесподобно. Под белоснежной блузкой угадывалось восхитительное молодое тело, а темно-синие джинсы так плотно облегали ее стройные ноги, что лежащие в задних карманах предметы легко определялись по характерным выпуклостям. Впрочем, Максим и без того знал, что в одном из них Аня всегда носила серебряную зажигалку, а в другом — упаковку жевательной резинки. — Что-то случилось? — спросил он, нехотя вылезая из-за стола. — У меня чего-то комп завис. — Не у тебя одного. Айтишники уже полдня возятся. — Так чего надо этому мухомору? Аня пожала плечами: — Он не сказал. Но настроение у него… м-м-м… Она скорчила рожицу, и Максим вздохнул. И хотя Анна работала в их компании всего третий месяц, она безошибочно определяла, в каком расположении духа находится их начальник, по короткому взгляду или жесту. И раз она намекает, что душевное состояние у шефа неважнецкое, то так оно и есть. — Ты вообще-то сегодня в зале должен быть, — заметила Аня. Она отошла в сторону, пропуская молодого человека. — У нас два консультанта, — парировал Максим, не удостоив взглядом секретаршу. — И у меня, к слову, законный перерыв. Аня лишь многозначительно хмыкнула, а он подумал: «Неужели меня из-за этого на ковер вызвали?!» Визгливые вопли шефа — а он никогда не закрывал дверь кабинета — уже слышались в коридоре. — …может засунуть в задницу себе этот договор! — неистовствовал директор. — Я такое подписывать не буду! Пуст

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В какой-то момент Долин

хотел оставить фигурку среди своей миниатюрной армии, но, будто предчувствуя беду, передумал и забрал домой. И, по сути, спас редкий экземпляр. Потому что за день до окончания выставки в Доме художника начался грандиозный пожар, который не могли потушить несколько часов. Максим неоднократно звонил Ярославу — организатору мероприятия, — но каких-либо внятных объяснений по поводу причин происшедшего не дождался. Как и решения закономерного (и зависшего) вопроса компенсации.

Набор «столбиков» и бедуин на верблюде — вот и все, что осталось от его восемнадцатитысячной коллекции.

Все естество Максима до сих пор отказывалось в это верить, хотя с момента страшного пожара прошло уже больше недели. То, что собиралось в течение двадцати четырех лет, в одно мгновение превратилось в бесформенный ком слипшегося дерьма из пластика, олова, смолы, резины и прочих материалов, используемых при производстве военной миниатюры. Деревянные и бумажные фигурки, разумеется, сгорели дотла. Некоторые экземпляры из твердого сплава, конечно, в силу законов физики не сгорели полностью, но их коллекционная ценность после пожара свелась к нулю. Потому что одно дело — очистить оловянного солдатика от пыли, песка и даже жвачки, и совсем другое — привести его в порядок после того, как бедняга побывал в огне и на него намертво налипли останки боевых товарищей, выполненных из более незащищенных материалов… Желающих приобрести подобный экземпляр будет очень немного.

По факту пожара началось расследование, но Максим прекрасно понимал, что, чем бы оно ни закончилось, никто не вернет ему коллекцию. Если предположить фантастический вариант, что ему возместят какие-то убытки (на что он мало рассчитывал), даже с деньгами он ничего не выиграет. Если у тебя угнали машину и страховая компания возместила ущерб, на деньги ты можешь купить другую машину, пусть даже худшего качества, чем прежняя. Но как ты вернешь себе коллекцию, на которую потратил почти четверть века?!

«Паша…

— прошелестел чей-то голос.

— Почти все, что было у тебя, есть у него».

Максим посмотрел на свои ладони, на которых все еще виднелись следы от ногтей. Его мозг напряженно заработал.

Да, все верно. В их так называемой тусовке коллекционеров, достаточно закрытой и немногочисленной — всего-то десяток человек, — Павел слыл негласным лидером. Он жил со своей семьей в Туле, но часто бывал в Москве и даже пару раз заезжал к Максиму в гости. Тогда они еще были (или думали, что были) друзьями: обсуждали редкие фигурки, обменивались наборами, вместе мотались на Вернисаж, после чего в тесном закутке пили водку, закусывая дешевыми сосисками с кетчупом…

Как-то довелось и Максиму побывать в гостях у Павла.