Из-за угла до меня доносился рокот моторов грузовиков.
Я извернулась под рукой громилы, так что его тело закрыло меня от его напарника, и со всей силой ударила его по голени. Проклятые кроссовки были слишком мягкими.
Громила выругался, но не разжал руку.
– Не делай себе хуже, чем уже есть, детка, – проговорил он.
Он втащил меня в здание, а за нами неотступно следовал его напарник с пистолетом. Мы прошли по длинному коридору мимо сборочного цеха, где женщины так сочувствовали мне по поводу моего дяди. Мы прошли мимо коридора, который вел к причалам. Завернули за угол и подошли к маленькому отрезку коридора, где находились офисы. Громила несколько раз стукнул в дверь Чамферса. Голос из-за двери приказал нам войти.
Милт Чамферс сидел на стуле перед своим столом. Джейсон Фелитти сидел напротив. За столом восседал его великий брат Питер.
– Спасибо, Саймон, – сказал Чамферс. – Можешь подождать нас снаружи.
Саймон. Почему я никогда не могла запомнить его имя?
– Когда она была здесь раньше, у нее был пистолет, – сказал громила.
– А… пистолет. Вы ее обыскали? – Это был Питер Фелитти.
Саймону не требовалось много времени, чтобы найти «смит-и-вессон». Его рука задержалась на моей левой груди дольше, чем это было необходимо. Я смотрела мимо него каменным взглядом, надеясь, что в будущем мне представится возможность ответить более подходящим образом.
– Добрый день, мисс Варшавски. После развода вы вернулись к своей девичьей фамилии, не правда ли? – спросил Питер Фелитти, когда Саймон закрыл за собой дверь.
– Нет. – Я потерла плечо в том месте, за которое схватил меня громила, когда вытаскивал из машины.
– Что – нет? – строго проговорил Чамферс.
– Я не возвращалась к своей собственной фамилии: я никогда ее не меняла. Слава богу, что, несмотря на все многочисленные глупости, которые я совершила, когда была молода и влюблена, я никогда не позволяла называть себя миссис Ярборо. Кстати говоря, где же выдающийся адвокат?
Джейсон и Питер обменялись сердитыми взглядами.
– Я хотел привезти его, – начал было Джейсон, но Питер оборвал его:
– Говорю тебе, что чем меньше он знает, тем лучше.
– Ты хочешь сказать, если дело дойдет до суда, – произнес Джейсон. – Но ты все время говоришь мне, что мы можем добиться, что так далеко дело не зайдет.
– Так все-таки, в какие же из ваших тайных афер посвящен Дик? – Это, наверное,
было сейчас самым несущественным из того, о чем мне следовало беспокоиться, но мне казалось важным знать, что Дик не участвовал в попытках покушения на мою жизнь.
– Мы думали, что вы его послушаетесь, – сказал Питер. – По тому, как вы схватили его за руку тогда вечером на концерте, я подумал, что вы до сих пор еще влюблены в него. Он сказал, что вы ни разу не обратите на него внимания и за миллион лет.






