ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

||ТЕНЬ||Театр шепчется о Призраке, однако он всего лишь мужчина из плоти и крови. Он прячется во мраке и хочет заполучить мою сестру. Я не позволю сделать это и защищу её! Пусть никто не Маскарад От автора «Маскарад» – это одиночная книга. История главных героев начинается и завершается здесь, никаких сиквелов и приквелов для них нет. События разворачиваются в мире под названием Шаран и имеют отсылки на «Серпентарий» и «Обскур». Читать их для понимания этой истории НЕ нужно, но если вы читали, возможно, вам будет приятно заметить знакомых персонажей и детали. Также если вам нравятся большие миры, и вы хотите продлить путешествие по Шарану и изучить его, то советую прочесть и другие книги по нему. Порядка чтения не существует, вы можете придумать его сами, подобрав заинтересовавшие вас книги. Пожалуйста! Учитывайте, что «Маскарад» относится к тёмной романтике, в книге присутствует нецензурная лексика и поднимаются некомфортные и триггерные темы. Пожалуйста, ознакомьтесь с списком некоторых из них заранее: • герой с шрамами и травмами лица • убийства и жестокость • преследование • похищение • вторжение в жилище • сомнительное согласие • шантаж • доминирование и подчинение • особенности анатомии (в том числе особенности строения полового органа) • откровенные сцены • связывание • сексуализация страха • нездоровые отношения • упоминания психических расстройств (ОКР1[1], ПТСР2[2], ГТР3[3] и другие) • эпилепсия (не у главных героев) • упоминание жестокого обращения с детьми (в воспоминаниях) Наверняка что-то упущено, но этого уже достаточно для предостережения. Если в списке есть темы, вызывающие у вас отторжение и/или сомнения, а так же если вам не интересны жанры книги, пожалуйста, просто не читайте её! Если же при чтении списка выше вы ощутили не тревогу, а азарт… Добро пожаловать! Если вы готовы, надевайте свои маски. И да начнётся маскарад! УВЕРТЮРА (Увертюра 4)[4] При

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мюзикл свежайший, я же тоже стараюсь, чтобы никто лишнего не выяснил, премьера громкой будет, мы на вашу сестру очень рассчитываем. Опера и балет хорошо, конечно, но мы двигаемся дальше, ищем таланты! Театр после переформатирования, знаете ли, нуждается в новых голосах. А привидение… Да плюньте вы на него! Ну есть и есть! Мерещится и ладно! Предки с ним! Пусть слушает это потустороннее существо, может, у него и радостей больше никаких нет, ну?

Волберт вразвалочку идёт дальше и останавливается только у тяжёлых дубовых дверей. Он раскрывает одну из них и приглашающе машет рукой, пропуская вперёд и не забывая качать головой:

– Ох, умотали же вы меня, госпожа Клейн!

Я хмыкаю, заходя в самое сердце театра – огромный главный зал. Былая роскошь сусального золота и бордового бархата напоминает о том, что здание воздвигали при Империи Осидеста, когда Конфедерации Кантонов не существовало. Тогда на её месте было Пятикнешие, подчинённое власти императоров и императриц. После Войны за независимость никто в Конфедерации не любил вспоминать об общей истории с ненавистной Республикой, с которой мы когда-то составляли одно государство. Тем не менее все стараются беречь наследство Империи: от зданий до мощных артефактов.

– Что за красота! – шепчет директор, обходя меня.

Его взгляд направлен на сцену, хотя и само помещение заслуживает отдельного внимания. Всё тонет в полумраке, однако всё равно трудно не заметить роскоши. Бархату оттенка густого красного вина вторит мерцающая парча обивки и тяжёлые фалды занавеса. Благородный глубокий цвет идеально сочетается с позолотой на капителях колонн, на причудливых орнаментах лепнины на ярусах и не только… Кажется, золото повсюду, оно есть даже на «рожках» выключенных сейчас жирандолей, украшенных хрусталём, и, разумеется, на массивной люстре, похожей на застывший фейерверк из сотен сверкающих слёз. Она висит ровно по центру, над более широким проходом между партером и амфитеатром.

Я невольно отступаю, боясь, что однажды это великолепие просто рухнет на меня. Что вряд ли возможно без вмешательства… А вмешаться теперь есть кому. Приходится поднять голову, чтобы рассмотреть не только ложи бенуара у самой сцены, но и ложи бельэтажа, в одной из которых и прятался Призрак. Все они пусты, как и балконные… как и весь остальной огромный зал…

Я делаю глубокий вдох, наполняя лёгкие запахами театра: отполированный паркет, аромат древесных смол и холодок магических кристаллов, на которых работают софиты, рампа и остальное освещение. Не знаю, что ещё ожидала уловить. Может, вонь чужака?

Как пахнут привидения? А этот Призрак?

Хотя его нигде не видно, он всё ещё рядом – в мыслях. Это раздражает, потому я беру пример с Волберта и поворачиваюсь к сцене. Там почти десяток людей.