ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Скальпель Вячеслав Воронов Я снова сжимал в руках эту проклятую газету, мял её, с трудом сдерживая желание разорвать в клочья. Желание швырнуть на пол и с яростью разозленного носорога потоптаться по ней ногами. Конечно, я понимал, что это было бы мальчишеством, глупостью, чем угодно, но не поступком взрослого человека, у которого выкрали двенадцатилетнего сына. Газета — хоть какая, но все же улика. Надо было что-то делать, но что, я не знал. Мысли, подогреваемые эмоциями, грудились в голове кусками гранита, которые застыли после горного обвала. Если бы все было, как в кино — похищение, требование выкупа, все просто, жестко и понятно. Но бред этих событий я просто отказывался понимать. Кто была девушка, навязавшая мне газету? Наверняка их сообщница. Что было бы, не пойди я на те дурацкие курсы? Конечно, у них припасен запасной метод, как прочистить мне мозги, чтобы я осознал всю значимость их притязаний. Но я все же пошел, и в этом прослеживался четкий психологический расчет. Я всегда знал, что психология — великая вещь. Но лучше рассказать все по порядку. Это поможет мне сконцентрироваться и найти решение, выработать план, как действовать дальше. Раз уж я оказался один против организации, системы, взявшей меня в клещи. Один — среди людей, в государстве, с его институтами и гарантиями. Итак, в то утро, утро жаркого летнего дня, я побрел в ванную, чтобы умыться. Как только я открыл кран, в дверь позвонили. Я вышел из ванной и взглянул на часы, висевшие в коридоре. Стрелки показывали начало девятого. Марина уже ушла на работу, оставив в атмосфере квартиры назойливый запах парфюмерии. Руслан спал, его не разбудил бы и церковный колокол, не говоря о мелодичной трели звонка. Позёвывая и не слишком торопясь, я отыскал шорты, надел их и побрёл в коридор. За дверью я увидел де

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Дрожащей рукой дернув пару листов, я не стал расправляться до конца, а бросил останки на пол и упал в кресло, взявшись ладонями за разгоряченную до опасного предела голову.

Посидев в такой позе пару минут, я поднялся и пошел в сторону кухни. Войдя в кухню, я почувствовал нездоровую эйфорию, душевную дрожь — смесь страха, отвержения, неуверенности в себе. Медленно двигаясь, я достал из навесного шкафа початую бутылку водки и рюмку, налил — горлышко дребезжало о край, — и медленно выпил. Достал хлеба, отломил кусок, заел не спеша, словно вовсе и не пекло в горле. После этого налил еще и тяжело опустился на стул. «Все перемелется, все». Взял рюмку, подержал на весу, зачарованно глядя на пузырьки воздуха по краю спасительной жидкости, затем влил в себя одним махом.

Будешь ходить по инстанциям — придешь к нам.

Не думай и не сомневайся.

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу