Больше не было видно ни следа орков, собравшихся на другой стороне и нетерпеливо толкавших друг друга в жажде первыми ступить на землю Азерота – лишь Черные Топи. Но затем, едва король ощутил вспыхнувшую в груди благодарность, как центр портала начал смещаться. Только на сей раз окружавший его световой ореол был не тошнотворно-зеленым, а чистым и голубым, и Ллейн смотрел не на Дренор.
Он смотрел на Штормград.
Из горла короля вырвался смех, искренний и радостный. Его старый друг не покинул их!
– Благодарю тебя, Страж!
Ллейн огляделся и заметил Кароса в заляпанном темно-бурой кровью доспехе.
– Карос! – окликнул он, и, когда солдат обернулся, Ллейн принялся высматривать Вариса, выкрикивая и его имя.
Варис потерял шлем на каком-то этапе сражения. Его смуглое лицо прояснилось, когда он оглянулся и вместо угрюмого и уродливого Дренора увидел сияющий образ Штормградского собора.
– Вперед! – проревел он, и его солдаты бросились на врага, ободренные этим зрелищем.
Ллейн оглянулся в поисках Гароны. Та только что рассекла палашом массивный зеленый торс орка. Король уже устал считать тех, кого перебила воительница.
– Гарона! – позвал он. – Поезжай со мной! Не колеблясь, женщина подбежала к нему и вскочила на коня у него за спиной. Бешеным галопом они понеслись к порталу, теперь воплощавшему не отчаяние, а надежду. Они пробивали себе путь, однако это оказалось легче, чем можно было ожидать. Орки были поражены тем, что портал изменился, и солдаты воспрянули духом.
Ллейн и Гарона проскакали мимо десятков клеток. На некоторых уже были срублены замки.
– Варис! Поставь людей в оцепление. Гарона, Карос, возьмите всех, кого можете, чтобы освободить пленников. Отправляйте их через портал. Мы будем сдерживать противника, насколько хватит сил!
Кадгар выпучил глаза. Шатаясь, он проковылял туда, где лежало тело Стража, частично раздавленное и погребенное под грузной тушей глиняного человека. Глаза Медива сияли голубым светом – цветом магии волшебников Азерота, а не демонов. По щеке Стража скатилась лучистая, небесно-лазурная слеза.
Кадгар сдавленно проговорил:
– Ты перенаправил портал на Штормград!
Медив моргнул. Его взгляд, поначалу невидящий, сосредоточился на лице Кадгара. Дрожащая рука потянулась к юноше и бессильно упала.
– Одиночество делает нас слабыми, Кадгар, – произнес Страж голосом, полным сожаления.
Парнишка вспомнил, что то же самое сказала ему и Алоди. Нечто настолько простое и человеческое уничтожило Стража, а с ним почти и весь мир.
– Мне жаль. Мне так жаль. Я хотел спасти всех нас. Всегда хотел.
Взгляд Медива вновь опустел, и он замолчал навсегда.
Океан орков смыкался, однако Ллейн не терял уверенности. Лучше бы Страж, конечно, перенаправил портал пораньше, однако король был все равно очень ему благодарен.






