ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Варкрафт Кристи Голден Лунный свет омывал тронный зал Штормграда, отчего королевский трон из белого камня как будто лучился собственным сиянием, а золотые львы, сидящие у его подножья, превратились в серебряных бестий с мертвенным взглядом. Холодноватый молочный свет блистал на гранях развешенного по стенам оружия, а тени по углам, куда не дотягивались бледные пальцы луны, казались озерцами непроглядного мрака. В этом нездешнем сиянии человек с богатым воображением вполне мог представить, что декоративные доспехи, замершие, как часовые, были не столь уж пусты. Торжество луны нарушал свет единственной лампы, отбрасывающей теплые, красноватые блики на решительное лицо мальчишки. Он держал в руках две вырезанных из дерева игрушки. Первая была солдатом, облаченным в разрисованную версию доспехов, темневших по всему безмолвному залу. Вторая – ссутулившейся тварью: зеленой, с кабаньими клыками и топором в половину роста ее деревянного противника. По полу были разбросаны другие солдаты и монстры. Большая часть игрушечных чудищ все еще стояла. Большая часть солдат была повержена. Когда открылась дверь, в комнате стало светлее. Мальчик обернулся, недовольный тем, что ему помешали, и окинул вошедшего быстрым сердитым взглядом, прежде чем вернуться к своей игре. – Итак, – произнес новоприбывший. Голос его звучал довольно молодо. – Вот где вы прячетесь. «Принц не прячется, – подумал мальчишка. – Он идет, куда пожелает, когда хочет побыть один. Это никакие не прятки». Человек подошел к нему. В тусклом свете лампы его волосы не казались столь седыми, а шрам, рассекающий лицо от подбородка до глаза, – столь уродливым, как при дневном свете. Он опустил взгляд на сцену, разыгранную мальчиком. – Как продвигается сражение? «Как будто он не видит. Как будто не помнит». Поначалу мальчишка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Больше не было видно ни следа орков, собравшихся на другой стороне и нетерпеливо толкавших друг друга в жажде первыми ступить на землю Азерота – лишь Черные Топи. Но затем, едва король ощутил вспыхнувшую в груди благодарность, как центр портала начал смещаться. Только на сей раз окружавший его световой ореол был не тошнотворно-зеленым, а чистым и голубым, и Ллейн смотрел не на Дренор.

Он смотрел на Штормград.

Из горла короля вырвался смех, искренний и радостный. Его старый друг не покинул их!

– Благодарю тебя, Страж!

Ллейн огляделся и заметил Кароса в заляпанном темно-бурой кровью доспехе.

– Карос! – окликнул он, и, когда солдат обернулся, Ллейн принялся высматривать Вариса, выкрикивая и его имя.

Варис потерял шлем на каком-то этапе сражения. Его смуглое лицо прояснилось, когда он оглянулся и вместо угрюмого и уродливого Дренора увидел сияющий образ Штормградского собора.

– Вперед! – проревел он, и его солдаты бросились на врага, ободренные этим зрелищем.

Ллейн оглянулся в поисках Гароны. Та только что рассекла палашом массивный зеленый торс орка. Король уже устал считать тех, кого перебила воительница.

– Гарона! – позвал он. – Поезжай со мной! Не колеблясь, женщина подбежала к нему и вскочила на коня у него за спиной. Бешеным галопом они понеслись к порталу, теперь воплощавшему не отчаяние, а надежду. Они пробивали себе путь, однако это оказалось легче, чем можно было ожидать. Орки были поражены тем, что портал изменился, и солдаты воспрянули духом.

Ллейн и Гарона проскакали мимо десятков клеток. На некоторых уже были срублены замки.

– Варис! Поставь людей в оцепление. Гарона, Карос, возьмите всех, кого можете, чтобы освободить пленников. Отправляйте их через портал. Мы будем сдерживать противника, насколько хватит сил!

Кадгар выпучил глаза. Шатаясь, он проковылял туда, где лежало тело Стража, частично раздавленное и погребенное под грузной тушей глиняного человека. Глаза Медива сияли голубым светом – цветом магии волшебников Азерота, а не демонов. По щеке Стража скатилась лучистая, небесно-лазурная слеза.

Кадгар сдавленно проговорил:

– Ты перенаправил портал на Штормград!

Медив моргнул. Его взгляд, поначалу невидящий, сосредоточился на лице Кадгара. Дрожащая рука потянулась к юноше и бессильно упала.

– Одиночество делает нас слабыми, Кадгар, – произнес Страж голосом, полным сожаления.

Парнишка вспомнил, что то же самое сказала ему и Алоди. Нечто настолько простое и человеческое уничтожило Стража, а с ним почти и весь мир.

– Мне жаль. Мне так жаль. Я хотел спасти всех нас. Всегда хотел.

Взгляд Медива вновь опустел, и он замолчал навсегда.

Океан орков смыкался, однако Ллейн не терял уверенности. Лучше бы Страж, конечно, перенаправил портал пораньше, однако король был все равно очень ему благодарен.