ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Варкрафт Кристи Голден Лунный свет омывал тронный зал Штормграда, отчего королевский трон из белого камня как будто лучился собственным сиянием, а золотые львы, сидящие у его подножья, превратились в серебряных бестий с мертвенным взглядом. Холодноватый молочный свет блистал на гранях развешенного по стенам оружия, а тени по углам, куда не дотягивались бледные пальцы луны, казались озерцами непроглядного мрака. В этом нездешнем сиянии человек с богатым воображением вполне мог представить, что декоративные доспехи, замершие, как часовые, были не столь уж пусты. Торжество луны нарушал свет единственной лампы, отбрасывающей теплые, красноватые блики на решительное лицо мальчишки. Он держал в руках две вырезанных из дерева игрушки. Первая была солдатом, облаченным в разрисованную версию доспехов, темневших по всему безмолвному залу. Вторая – ссутулившейся тварью: зеленой, с кабаньими клыками и топором в половину роста ее деревянного противника. По полу были разбросаны другие солдаты и монстры. Большая часть игрушечных чудищ все еще стояла. Большая часть солдат была повержена. Когда открылась дверь, в комнате стало светлее. Мальчик обернулся, недовольный тем, что ему помешали, и окинул вошедшего быстрым сердитым взглядом, прежде чем вернуться к своей игре. – Итак, – произнес новоприбывший. Голос его звучал довольно молодо. – Вот где вы прячетесь. «Принц не прячется, – подумал мальчишка. – Он идет, куда пожелает, когда хочет побыть один. Это никакие не прятки». Человек подошел к нему. В тусклом свете лампы его волосы не казались столь седыми, а шрам, рассекающий лицо от подбородка до глаза, – столь уродливым, как при дневном свете. Он опустил взгляд на сцену, разыгранную мальчиком. – Как продвигается сражение? «Как будто он не видит. Как будто не помнит». Поначалу мальчишка

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С легкостью, выработанной долгими тренировками, грифон присел и прогнулся, помогая всаднику с бесценным грузом надежно устроиться у себя на спине.

Летун уже подпрыгнул вверх, но тут его резко и грубо остановили. Развернувшись, Лотар увидел, как на него снизу вверх лыбится мерзкая харя Чернорука. Живая рука орка крепко вцепилась в лапу грифона – и, хотя крылья зверя отчаянно хлопали, военный вождь потянул его вниз, на землю.

Должно быть, Лотар упал, потому что в следующую секунду он осознал, что лежит на спине, а сверху на него пялятся уродливые лица, собравшиеся кругом. Медленно, преодолевая боль, он развернул голову – как раз вовремя, чтобы увидеть, как к нему, переворачиваясь в воздухе, летит меч Ллейна. Меч воткнулся в грязь в двух футах от головы Лотара, нестерпимо ярко блестя на солнце.

Воина удивило то, что куча завывающих, жаждущих его крови орков еще не накинулась на него. Неуверенно поднимаясь на ноги, он услышал, как те бормочут одно слово: «Мак’гора».

Затем все они отступили, расчистив площадку для двух противников: своего военного вождя и Андуина Лотара. Один из орков зажал под мышкой голову грифона. Другой удерживал его извивающееся тело. Они не собирались причинять вред летуну – тот мог им пригодиться. Тело Ллейна свалилось со спины зверя и лежало в пыли, согнувшись под неестественным углом.

Это зрелище снова воспламенило ярость Лотара. Он стоял, постепенно восстанавливая равновесие и глядя на толпу молчаливо ожидающих орков и на Чернорука, расхаживающего в нескольких ярдах от него.

В здоровой руке Чернорука не было оружия. Он был вооружен лишь металлическим когтем, заменившим вторую конечность – пятью лезвиями, которыми он вспорол живот Каллану. Лотар страстно хотел, чтобы кровавая дымка гнева рассеялась. Он не хотел умирать под ее пеленой.

Воин медленно подобрал меч своего брата, не отводя взгляда от пылающих ядовитой зеленью глаз Чернорука. Орк стоял неподвижно, не считая дыхания, поднимавшего и опускавшего его непомерно широкую грудь. Лотар вспомнил о безмолвной клятве, которую дал Черноруку – он обещал отнять у орка жизнь. И неважно, какой ценой.

Что бы Лотар сейчас ни сделал, ему конец. Гарона так возвышенно говорила о «чести» орков – чести, судя по всему, позволявшей оркам предавать тех, кто им доверился, и вонзать нож в горло одного из лучших людей, знакомых Лотару. Нет, им были доступны лишь жажда крови, завоеваний и смерти.

И все же орки не нападали.

Лотар перехватил рукоять поудобнее, вспоминая, как часто он видел этот меч в руках Ллейна, когда они сходились в тренировочном поединке или дрались по-настоящему. Против троллей. Против повстанцев.

Но клинок выпал из руки короля в битве против орков.

Тихо. Спокойно.

А затем Чернорук атаковал.