ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Мужская душа Мари Феррарелла — Должно быть, ты устала, — сказал Кэрсон О'Нил. Чуть обернувшись, его невестка улыбнулась в ответ. Кэрсон увидел, что ямочки на ее щеках стали глубже. Обычно эти ямочки не привлекали его внимания. Погруженный, в свою работу, Кэрсон в последнее время вообще замечал очень мало. Но после смерти брата у него появился почти неосознанный интерес к великому множеству вещей, которые касались Лори О'Нил. В отличие от брата, Кэрсон по своей натуре был ответственным человеком. И это вовсе не означало, что ему нравилось делать все то, что приходилось. Но он считал эти дела своей обязанностью. Так, после смерти отца он заботился о матери. И всегда опекал младшего брата. Или пытался опекать. Также он упорно трудился здесь, в качестве директора Детского центра Святой Августины, принимавшего столь многих детей и имевшего от этого столь малую прибыль, но все еще собиравшего деньги и остававшегося на плаву благодаря нечеловеческим усилиям Кэрсона. Кэрсон поймал баскетбольный мяч и перекинул его мальчишке, едва достававшему ему до груди. Парнишка усмехнулся и убежал прочь с пойманной добычей. Как обычно, это была игра на выбывание. У Кэрсона не было недостатка в работе. Когда умер отец, мать оказалась не в состоянии заниматься делами, и в свои пятнадцать лет, Кэрсон стал главой семьи. Это было не так уж легко. Курт рос шалопаем, хотя и необыкновенно очаровательным. Кэрсон любил брата и пытался сделать все, чтобы поставить его на ноги. Он стремился быть рядом с ним, оказывать ему поддержку и материальную помощь всякий раз, когда представлялся случай. А случай представлялся, как показывало время, не так уж редко. Однако, несмотря на все усилия брата направить его по верному пути, Курт без конца рисковал жизнью в погоне за скоростью. «Смерть на мотоцикле» — эту

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

На его столе накопилась куча бумаг, которые он ненавидел. Кэрсон брал на себя решение множества чужих проблем. Он бы и ее тащил на своих плечах, если бы она позволила. И это был только его выбор.

Лори вовсе не собиралась висеть у него на шее. Она позаботится о себе сама. После смерти Курта она заставила себя жить дальше. Работать. Вокруг было полно одиноких матерей. Лори должна просто жить как они, вот и все. Она согласилась на эту работу только после того, как Кэрсон ей доказал, что с его стороны это не жертва, что он действительно нуждается в ее помощи.

Читать дальше

И эта работа вместе с занятиями в Ламасской школе для будущих матерей, где она преподавала, помогла ей оплатить счета. Поэтому Лори будет и дальше трудиться в Центре. Может быть, через год-два ей подвернется, что-нибудь получше.

Пока у нее спокойно на душе, она продолжает жить.

— Ты совсем не похожа на беременную женщину, — заметил он. Солнце осветило комнату. У нее под глазами были отчетливо видны черные круги. Наверное, она не высыпается, подумал он. — Может быть, тебе стоит побольше отдыхать. Иди домой, Лори.

Она покачала головой:

— Не могу. Ронда так и не появилась сегодня, разве ты не заметил?

Он нахмурился. Ронда Адамс, была одной из ассистенток, помогавших выполнять работу в Центре. Она постоянно опаздывала. Об этом следовало подумать. Но найти кого-то другого, кто согласится на работу за такую небольшую оплату, было нелегко.

— Это моя проблема, — отрезал он, — а не твоя.

Лори терпеть не могла, когда он выстраивал фразу так, чтобы заткнуть ей рот. Интересно, делает он это безотчетно или вполне осознает, какую силу производят его слова?

— Становится твоей проблемой, когда ты подписываешь счета.

— Я не только подписываю счета, — поправил он. Хотя, конечно, расходы на зарплату сотрудникам и содержание дома — его постоянная головная боль.

Деньги, к сожалению, поступают очень нерегулярно.

Они встретились взглядами. Она не хотела его отчитывать.

— Просто фигура речи, Советник.

— Не называй меня так, я уже больше не юрист.

Возможно, в последние дни он был немного раздражительным. Кэрсон бессознательно сделал шаг назад.

— Тогда перестань говорить со мной таким тоном.

— Я серьезно, Лори. Тебе надо отдохнуть. Ты беременна, даже если и не замечаешь этого.

Он посмотрел на ее фигуру. Маленькая голубоглазая блондинка казалась щупленькой, и, если, не приглядываться, едва заметную округлость живота можно было принять за легкую игру ветерка, проникшего в душный гимнастический зал и забравшегося к ней под блузку.

Лори посмотрела на свой живот. Она чувствовала себя беременной с того самого момента, как осознала существование своего будущего ребенка.