ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Миллиардер Сергей Арзуманов — А теперь скажи мне, что это ты все время употребляешь слова «добрые люди»? Ты всех, что ли, так называешь? — Всех, — ответил арестант, — злых людей нет на свете. — Впервые слышу об этом, — сказал Пилат, усмехнувшись, — но, может быть, я мало знаю жизнь… — В какой-нибудь из греческих книг ты прочел об этом? — Нет, я своим умом дошел до этого. М. Булгаков «Мастер и Маргарита» Знаете ли вы, что такое миллион долларов? Это граница предельных мечтаний обычного человека. Арифметически точно выверенный предел мечты. А что вы скажете о десяти миллионах долларов на вашем счете? А о ста миллионах долларов? Знаете ли вы, что такое просыпаться с мыслью, что у тебя есть сто миллионов долларов? Кого сделать богатым в одночасье, а кому не дать шанса высунуть свою голову никогда, судьба решает единолично. И судьбы миллионов переплетаются зависимостью с судьбами избранных. Автор E Pluribus Unum Из многих единое Когда я оглядываюсь на свою жизнь, я понимаю, что родился в том Месте и в то Время. Парад Планет пошел вспять, чтобы вопреки всему мироустройству я взгромоздился на крышу мира, да еще так, что этого почти никто не заметил. Я всегда был предприимчив настолько, насколько это позволяла советская власть. Умение договариваться, решать вопросы мирно и бесконфликтно помогало моему движению вперед. Я был человек-коммуникатор — связующее звено между людьми разных взглядов и характеров. Я выигрывал на том, что сводил людей, неспособных договориться между собой. Во мне практически отсутствовало чувство стыда, я был не обидчив и развил в себе ценнейшее качество — не показывать удивления, что бы ни произошло. После школы в 1978 году я поступил в Плехановский институт без особого труда. В 1983-м, после окончания экономического факультета с отличием, я был направл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Его завод имеет мощности в два раза больше моих, но они простаивают. Его рынки сбыта в эти же два раза меньше моих. Его завод находится в Новоуральске, мой — в Новомосковске. Он не очень жалует меня, я отношусь к нему как лишь еще к одному человеку на моем пути. Никаких особенных чувств, скорее всего равнодушие.

Он жаден до безумия, до паранойи. Бросил свою первую жену с двумя детьми ради молодой шлюхи и практически отказался от их содержания. Вот все, что мне о нем известно.

Правда, год назад одна из его любовниц, оставленная им без средств к существованию, прибежала ко мне за помощью. Она рассказала, какой Узрамаев подлец, и сообщила, что у нее есть тайна, которая разрушит его карьеру, и она, естественно, готова поделиться со мной этой тайной, но не бескорыстно. Я сразу обнадежил девушку, сообщив ей, что меня чужие тайны не интересуют. Видимо, я сказал это таким тоном, что у нее не осталось сомнений — ее тайна ничего не стоит. И через минуту она взахлеб выдала все, что знала. Оказывается, Валерий заставлял ее заниматься с ним сексом, будучи облаченным в доспехи рыцарей средневековья. Меня это не удивило — наверное, подобным образом он утверждался в роли барона.

Мы вернулись к разговору.

— Я буду краток, с вашего позволения, и сразу перейду к делу, — еле слышно произнес Узрамаев после затянувшейся паузы.

— Хорошо, — сказал я.

— Я хотел предложить вам на рассмотрение проект нашего совместного бизнеса. Я хочу предложить объединить наши бизнесы в один. Создать одну компанию, где вы будете президентом, а я исполнительным директором. Я понимаю, что предложение неожиданное и на первый взгляд в нем больше заинтересован я, а не вы, но все же посмотрите бизнес-план и подумайте над моими аргументами, может быть, они будут для вас интересны.

— Не думаю, что мне это интересно, но давайте я взгляну.

Он передал мне бизнес-план. Пухлая пачка бумаги. Я бегло ее просмотрел, сделал заинтересованное выражение лица, и через минуту мы расстались. Предложение, конечно, оказалось для меня неожиданным и странным. Первым делом надо было бы поинтересоваться, зачем Узрамаеву понадобилось объединять наши бизнесы. Хотя мне это неинтересно. Бредовая идея конкурента, жаждущего еще больше денег, не более того.

Для меня деньги давно не имеют значения. Деньги дают свободу. Но главная свобода, которую дают большие деньги, — это свобода от денег. Вы просто перестаете их чувствовать. Порога болезненных растрат не существует. Никакая цена ни на что не способна вас удивить. Нет желания, на которое мой банковский счет скажет — нет. Чувство вседозволенности раскрывается молниеносно, и этого беса нужно держать в узде.

Я независим от денег, и это чувство независимости — важнейший элемент богатства.