— Спасибо, очень вкусно, — сказал Джон, отодвигая тарелку. — И что это за вечеринка?
— Но сомневайся, очень приличная, — с сарказмом начала Торри, но, быстро переменив тон, спокойно продолжила: — Моя школьная подруга и ее муж-архитектор празднуют новоселье.
— Ты им рассказывала о нас?
— Нет.
— Но собираешься?
— Во всяком случае, не в это воскресенье. Тебе не хочется идти? Не беспокойся, там будут только очень достойные люди.
На мгновение ей показалось, что в его глазах мелькнуло презрение.
— Судя по всему, — сухо сказал Джон, — ты поменяла тактику. Если я откажусь от твоего предложения, то ты заявишь, что мне безразличны твои интересы.
— Поменяла тактику? — мягко переспросила Торри, но глаза ее потемнели от гнева. — Понять не могу, как я не додумалась до этого раньше. Ну, ничего, я хорошая ученица, особенно, — холодно улыбнулась она, — когда рядом такой опытный учитель.
Джон молчал, несколько минут бесстрастно глядя на нее, потом произнес:
— Если ты сожалеешь о том, что произошло между нами в последнюю встречу...
— Еще как, — прервала его Торренс. — Ты попал в самую точку.
Он молча вертел в длинных сильных пальцах чайную ложку, потом бросил ее на стол и потер лоб.
— Болит голова? — спросила девушка. — У тебя есть какие-нибудь лекарства?
— Лекарства? — Джон взглянул на нее. — Что ж, хорошо... Я пойду на новоселье. — В его глазах мелькнуло что-то, что она не могла расшифровать. — Когда за вами заехать, мисс Гилл?
Торренс закусила губу и бросила на него ледяной взгляд.
— Около семи. Разумеется, если ты к тому времени поправишься. — Она поднялась и собрала тарелки. — В этом доме есть хотя бы банальный аспирин?
Джон жестом указал на буфет. Девушка молча достала две таблетки, налила в стакан воды и протянула ему.
— Пожалуйста, без возражений, — предупредила она устало. — Тебе что-нибудь еще нужно? Может быть, приготовить чай?
Он кивнул.
Торри пошла на кухню, налила в чашку кипяток и тут услышала звук отодвигаемого кресла. Спустя секунду Джон появился в дверях.
Прислонившись к стене, он некоторое время молча наблюдал за ней, а потом сказал с легкой улыбкой:
— А я-то думал, что ты приехала сюда не бороться со мной, а совсем по другой причине...
— Твой чай готов. Почему бы тебе не посидеть в гостиной, пока я здесь приберу?
— Ты сегодня в таком воинственном настроении, что возражать бесполезно, — протянул он. — Могу только пообещать, что к воскресенью я тоже буду готов к борьбе.
Торренс бросила на него выразительный взгляд.
— А может, ты все же пойдешь со мной в постель? Это будет самым лучшим лекарством, — поддразнил он ее.
— Забирай свой чай и отправляйся в гостиную, — решительно скомандовала она.
— Небольшое удовольствие, — проворчал он, скривив губы, но сделал, как ему было сказано.






