ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Конец лета Розамунд Пильчер Посвящаю Дай и Дону Все лето стояла пасмурная погода. Жаркое солнце не могло пробиться сквозь густой туман, непрестанно гонимый с океана, но в сентябре, как это часто бывает в Калифорнии, тучи отступили далеко от побережья и остались лежать на горизонте зловещей темной полосой. За береговым хребтом, на землях фермеров, дозревали кукуруза и артишок, наливались согретые осенним теплом оранжевые тыквы. Серые от пыли уютные деревянные дома дремали в невыносимой жаре, словно огромные насекомые. Плодородные равнины, простиравшиеся на восток до предгорий Сьерра-Невады, рассекало широкое шоссе. Оно связывало Сан-Франциско и Лос-Анджелес и сейчас было сплошь забито миллионами сверкающих раскаленной сталью автомобилей. Еще совсем недавно пляж пустовал. Риф-Пойнт лежал вдали от шоссе, и сюда редко забредали случайные туристы. Это объяснялось двумя причинами: во-первых, подъездная дорога была неровная, небезопасная и непривлекательная. Во-вторых, совсем рядом находился курорт Ла-Кармелла, знаменитый своими тенистыми улицами, шикарным загородным клубом и сиявшими чистотой мотелями. Он как магнитом притягивал тех, кто умел здраво рассуждать и был при деньгах. Но если вы относились к числу бродяг, которым по нраву приключения и у которых ни гроша за душой, зато есть доска для серфинга, то вы отважно преодолевали последнюю милю по бездорожью и оказывались в огромном безлюдном заливе, где часто свирепствовали штормы. Но в последнее время, когда установилась прекрасная погода и чистые пенистые волны стремительно накатывались на берег, пляж был усеян людьми. Машины всевозможных моделей и цветов одна за другой спускались с гор, останавливаясь в тени раскидистых кедров. Из них вылезали выбравшиеся на пикник горожане, любители серфинга, туристы и целые семьи хипп

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы остановились на середине моста, любуясь слепящей от отражающегося яркого солнца водой, падавшей в кипящий от брызг бассейн, над которым повисла сверкающая радуга. От этой прекрасной картины дух захватывало. Чтобы Синклер расслышал меня за шумом водопада, я крикнула как можно громче:

– Откуда такой цвет? Почему он не коричневый?

Синклер пояснил, что ручей берет начало в известковых горах, а в долине он течет по торфяникам. Я так бы и стояла, наслаждаясь восхитительным зрелищем, но Синклер напомнил, что времени у нас в обрез, и мы двинулись дальше.

Для поднятия духа мы принялись перепевать друг друга, вспоминая слова старых песен, и с грехом пополам одолели «Дорогу на острова», «Домой на запад» и «Пойдем с нами». Под последнюю очень хорошо получалось маршировать, но тропа пошла резко вверх, и нам пришлось взбираться на уступ крутой горы, а когда дышать совсем тяжело, уже не до пения. Вся местность была усеяна старыми извилистыми корнями вереска, и с каждым шагом мы по щиколотку проваливались в болотистую грязь. Заломило спину, и я почувствовала, что начинаю задыхаться. Чтобы хоть как-то отвлечься, я считала шаги до самой дальней вершины, но за ней оказывалась вторая... третья. Я совсем пала духом, но в тот момент, когда уже совсем распрощалась с надеждой выбраться из леса, перед нами возникла черная отвесная скала высотой в тысячу футов, с рядом острых зубьев, устремленных в голубое небо. У ее подножия лежала узкая темная долина.

Я остановилась, указав пальцем на скалу:

– Синклер, что это?

– Пик Дьявола, – пояснил он. Когда мы присели, он развернул карту и стал называть окружающие нас горные вершины: – Бен-Вроттан, Керн-Тул, Бен-Мардуи и длинная каменистая гряда, ведущая к Кернгорму.

– А эта долина?

– Глен-Ди.

– А тот ручей?

– Тот ручей, как ты изящно выразилась, и есть наша самая полноводная река Ди. Здесь ее истоки.

Я не удержалась от удивленного возгласа, ибо в моем представлении величественная река, которую мы видели утром, никак не увязывалась с этим едва заметным жалким ручейком.

Подкрепившись шоколадом, мы встали и побрели дальше, но теперь наш путь лежал прямо к Лайриг-Гру. Вытоптанная тропинка петляла среди островов жухлой травы, уходя вверх, туда, где на горизонте горы сходились с небом. С каждым шагом мы приближались к грозному пику Дьявола, но скоро и он остался позади. Царило полное безмолвие. Мы остались совершенно одни. Ни единого живого существа вокруг – ни кроликов, ни зайцев, ни оленей, ни куропаток! Даже на небе не видно птиц. Ничто не нарушало торжественную тишину. Ни шороха, ни всплеска, только звуки наших шагов да посвистывание Синклера.