И эта поддержка для нее поистине неоценима, потому что лишь сейчас ей удалось понять, как же она устала – устала тащить в одиночестве весь этот груз.
– Знаешь, Дункан, с тобой я чувствую себя сильнее.
– Вот и чудесно.
– Это и в самом деле чудесно, – она провела рукой по его спине – вниз, затем опять вверх. – Возможно, у меня лишь минутная эйфория, но я чувствую себя так, будто в состоянии справиться со всем, что случилось. Все в итоге закончится хорошо, потому что иначе и быть не может.
Немного помолчав, он провел пальцем по ее плечу.
– Знаешь, я опять принял на работу Самоубийцу Джо.
– Вот оно что.
– Фин меня не поймет, ну да ладно. Парень будет работать лишь несколько часов в неделю. Он уже поутих и к тому же подлечился. – Дункан внимательно взглянул на нее. – Ты спасаешь людей, Фиби. Джо тоже обязан тебе жизнью. Многие ли могут похвастаться тем, что их задача – спасать человеческие жизни?
– Не знаю, хотела бы я спасти его. Уолкена. То, что я чувствую сейчас… для меня это впервые. Никогда прежде я не хотела убить человека. И стреляла я только в тире. Но окажись у меня на пути Уолкен, я выстрелила бы без промедления. И хотя я это знаю, все равно не чувствую за собой никакой вины.
– С какой стати тебе переживать?
– Потому что это противоречит тому, что я делаю. Много лет назад, когда Рубен сделал нас заложниками, я думала о том, как здорово было бы найти нож. Я хотела ранить его, может быть, даже убить – за то, что он запер нас в этом доме, за кровь на мамином лице, за ужас, который пережил тогда Картер. Это единственный случай, когда я чувствовала то же, что сейчас. И все же потом, когда все закончилось, я была рада, что Рубена не убили. Он сел в тюрьму, но он остался жив. Не знаю, буду ли я чувствовать то же самое, когда закончится и эта история.
Читать дальше
– Я не дрался уже… ну, если не считать глупой стычки с двоюродным братом Джейка – то лет пятнадцать. Ни серьезных драк, ни легких потасовок. И все же, попадись мне сейчас Уолкен, я избил бы его до крови. Измочалил бы до потери сознания. А затем добавил бы еще. И, знаешь, не почувствовал бы при этом никаких угрызений совести.
Она внимательно взглянула на него, почувствовав, что за этим ровным и спокойным тоном таится ледяная решимость.
– Да уж, такой жестокости я от нас с тобой не ожидала.
– Просто жизнь сложилась так, что приходится быть жестоким. Если сумеешь поймать этого типа, подержи его на мушке до моего прихода. Я отделаю его так, что мало не покажется, а потом и ты сможешь пнуть его пару раз.
У Фиби невольно вырвался смешок:
– По идее, это совсем не то, что могло бы рассмешить меня или привести в норму. Тем не менее я и правда чувствую себя намного лучше. И первое, что я намерена сделать, – убрать пистолет в отведенное ему место.






