ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Единственный Кейт Литл Он сам не знал, зачем вернулся. Возможно, было какое-то предчувствие. Необходимость прикоснуться к родным пенатам накануне взлета к новым вершинам, к новой работе и новой жизни в Нью-Йорке. Первое после колледжа назначение, первый шаг в карьере, которая представлялась блистательной, полной захватывающих возможностей. Приступать к обязанностям предстояло в понедельник. Он уже перевез свои небогатые пожитки в новую квартиру в Челси. Все вопросы улажены. Но по неизвестной причине Коннор почувствовал нужду провести несколько дней на Кейпе. [1] Имеется в виду Кейп-Код, полуостров в северо-восточной части Соединенных Штатов, расположенный возле одноименного залива. — Здесь и далее прим, перев. Целыми днями дышать свежим океанским воздухом, а вечера проводить на веранде старого домика, который практически не изменился со времен его детства. Когда много лет назад умерла мать Коннора, отец сохранил дом таким, каким он был при ее жизни. Коннор часто сокрушался о том, что мама не дожила до того дня, когда он завершил образование. Она бы гордилась им. В отличие от отца она полагала, что он вправе распоряжаться своей жизнью по собственному усмотрению. После ее смерти Коннор не часто навещал родной дом. Они с отцом не уживались, и так было всегда. Отсутствие Коннора редко вызывало вопросы. Здесь у него ничего не осталось, думал Коннор, подъезжая к владениям Сатерлендов. Ничего, кроме воспоминаний. Он и в самом деле не знал, чего ради приехал сюда на выходные. И из-за чего принял внезапное приглашение Чарлза Сатерленда на прием, устраиваемый нынешним вечером в главной усадьбе. Может быть, он согласился приехать просто из чувства признательности к Чарлзу, который во многих случаях бывал очень щедр к нему. Этот долг ему никогда не выплатить. Внушительный особняк

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она оказалась в его объятиях, положила руки на его широкую грудь и, переводя дух, на мгновение наклонила голову; ее макушка оказалась как раз под подбородком Коннора. Его щека потерлась о ее шелковые волосы, и она опять вскинула голову.

— Лорел, что случилось?

— Как хорошо, что я тебя догнала! — Она все еще тяжело дышала после быстрого бега, и Коннор почувствовал, что ему тоже не хватает воздуха. Коннор, нельзя, чтобы ты просто так ушел.

Это похоже на… конец.

Он кивнул. В объяснениях не было необходимости.

— Наверное, нам нужно поговорить. Может, прогуляемся вдоль берега?

— Но завтра я занята. Эта идиотская поездка с будущими родичами Филиппа, — напомнила ему Лорел.

Читать дальше

— Нет, не завтра. Сегодня. — Коннор положил ладони ей на плечи. — Прямо сейчас.

Она взглянула на него, и на ее прекрасном лице отразилась целая гамма чувств: предвкушение, желание, колебание, вина. Ее небесно-голубые глаза вглядывались в него. Господи, только бы она не догадалась, что он плакал.

Наконец Лорел кивнула.

— Жди меня у пристани. Я скоро подойду.

Он молча смотрел на нее. Новые ощущения нахлынули на него — облегчение, признательность и сладостная волна ожидания. Лорел нежно погладила его по щеке. А в следующий миг она уже бежала назад, в сторону усадьбы Сатерлендов.

Коннор вышел на берег по песчаной тропе, поросшей ежевикой и побегами винограда. Шагал он медленно. К счастью, высоко в чистом ночном небе светила полная луна. Наконец Коннор оказался за пределами частных владений Сатерлендов. Тогда он сбросил пиджак и ботинки и закатал брюки. Заметив поодаль выброшенное волнами на берег бревно, присел на него и стал вглядываться в морскую даль. Волны ритмично плескались о берег, а иссиня-черная поверхность воды казалась колышущимся атласом.

В прежние годы он часто приходил сюда поздними вечерами. Они с Лорел разжигали костер и принимались выдумывать страшные истории. Не раз к ним присоединялся Чарлз Сатерленд и рассказывал свои истории. Его было интересно слушать. В те времена они умели думать только о будущем, а сейчас Коннору шло на ум только прошлое. То легкое время, когда золотые летние дни представлялись бесконечными и каждый новый день приносил новые приключения.

И образ безоблачного синего неба связывался с образом Лорел. Она смеялась, шутила, делилась своими секретами, тревогами, мечтами. Она вытягивала загорелые тонкие руки и ноги, устраиваясь рядом с Коннором на песке, золотые волосы развевались как флаг, бирюзовые глаза весело сверкали, а солнце плясало в волнах. Ее теплая, добрая улыбка лучилась симпатией и пониманием. Любовью.

Коннор проглотил слюну и взглянул на дом.

Все желтые квадраты окон погасли. Поставщики провизии и уборщики разошлись. Усадьба погрузилась в сон.

И Лорел скоро будет здесь.