Решил расстаться с Монтелузой раньше времени, думаю заехать на несколько дней в Сондало, там моя единственная дочь живет, у нее муж из тех мест. У них там отличный воздух.
— Я не знал, что у вас дочка есть.
— И не только дочка, но и внук, ему уже два годика, а я его еще ни разу не видел.
— Ого, сколько книг! Целая комната! Вы их не увозите? Оставляете в Монтелузе?
— Мой друг понемногу перешлет их мне в Нуоро.
— Господин квестор, хотите узнать смешную вещь?
— А разве в этой стране еще бывают смешные вещи?
— Оказывается, бывают. В Министерстве не знают географии. Не знают, где находится Нугеду.
— И где же находится эта дыра?
— В нескольких километрах от Нуоро. Вы по-прежнему будете моим начальником. Это меня утешает.
— Меня тоже. Извините, телефон звонит. Алло! Да, это я. Что вы, нисколько не помешали! Да ну? Невероятно! Я потом зайду попрощаться со всеми. До скорого. Спасибо.
— Ну, я пошел, господин квестор.
— Постойте, Спинозо. Хотите узнать смешную вещь?
— А разве в этой стране еще бывают смешные вещи?
— Это звонили из квестуры. Они только что узнали, что префекта Марашанно, который вернулся из отпуска, перевели в Палермо с поручением координировать работу всех префектов Сицилии. Вы не смеетесь?
— Нет, господин квестор. Всего доброго, до свидания.
— Хотите ограничиться рукопожатием? Полноте, Спинозо. Дайте-ка я вас обниму.
Перевод Г. Рубцовой и Н. Рыковой.
Пилат мне друг, но истина дороже (лат.). (Здесь и далее прим. переводчика.)
Франкетти Леопольдо (1847–1917) и Соннино Сидней (1847–1922) по поручению правительства исследовали в 1876 и 1877 гг. политическое положение в Сицилии и условия жизни сицилийских крестьян.
Для видимости (лат.)
Но достаточно об этом (лат.)
По собственному побуждению (лат.)
Платон мне друг, но истина дороже! (лат.)
Близнецы, сыновья Зевса (греч. миф.)
Что может быть слаще, нежели иметь кого-то, с кем можно было бы смело говорить обо всем, как с тобой? (лат.)






