ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Телефон Андреа Камиллери Действие романа происходит в (или на) Сицилии между 12 июня 1891 года и концом августа — началом сентября 1892 года. «Ну и что? — вправе спросить читатели. — Зачем говорить о том, что мы и сами узнаем?» Согласен, это читатели действительно узнают сами. Но едва ли многие из них настолько хорошо знакомы с историей Италии, чтобы увидеть, что время, в которое автор поместил своих героев, это время становления государства, ставшего единой страной совсем недавно — в 1871 году. Новое государство нуждается в новом государственном аппарате, и вот уже входит во вкус новая бюрократия, на верху и на местах, мало чем отличающаяся от чиновничества, описанного Гоголем и Салтыковым-Щедриным. На местах проводниками королевской власти являются префекты — представители правительства в областных центрах и в центрах провинций, а защищают власть и обеспечивают общественный порядок полиция и карабинеры. Во главе областных и провинциальных управлений полиции стоят квесторы, а карабинеры (военная полиция) несут службу в подразделениях, численность которых и чин командира зависят от масштаба того или иного населенного пункта. Итак, с префектурами, квестурами и частями карабинеров все вроде бы теперь ясно. Значит, пора поговорить о Сицилии. С первым упоминанием мафии читатель встретится на страницах романа далеко не сразу, а когда встретится — найдет, что за сто с лишним лет под небом Сицилии ничего в этом плане не изменилось. И читатель, думаю, оценит иронию автора, который, намекая на родство старой мафии с мафией современной, окрестил мафиозную шайку дона Лолло «Братской рукой» (по аналогии с «Коза ностра» — «Наше дело»). Сицилия не только родина мафии. В начале девяностых годов XIX века революционные брожения на острове приводят к созданию союзов трудящихся — так наз

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— А ежели кто поговорить придет, а ворота заперты?

— Неужто не работает? Почему никто не отвечает? Неужто этот хренов телефон, не успели его провести, уже сломался? Фу, наконец-то. Алло, алло! Лиллина, это ты?

— Алло!

— Алло! Лиллина! Это я, Пиппо!

— Ой, это ты, Пиппо? Ты, любимый?

— Я, Лиллина! Я, милая! Я, ненаглядная!

— О, Мадонна! У меня ноженьки подкашиваются! Пиппо, дорогой, сердце мое, это правда ты? Как я ждала этой минутки! Как мечтала голос твой услышать!

— Просто чудо! Дивная штука этот телефон! Скажи мне: Пиппо, я тебя люблю.

— Пиппо, я тебя люблю.

— Рогоносец давно ушел?

— Да уж час будет.

— А служанка?

— С полчасика.

— Значит, нынче уже не увидимся, не успеем. Я ведь не только для того телефон провел, чтоб мы поболтать могли, когда рогоносца дома нет, но еще чтоб о встречах договариваться и почти каждый день видеться.

Читать дальше

— Правда? А как?

— Я тебе скажу, как. Рогоносец из дома по утрам в полвосьмого уходит, правильно?

— Минута в минуту.

— А ближе к восьми ты служанку за покупками посылаешь, так?

— Так.

— Вот и хорошо. Завтра утром, как только служанка в город уйдет, ты мне звонишь по телефону и говоришь, что путь свободен. Я седлаю лошадь, и через десять минут я у тебя. Таким образом, в нашем распоряжении верные два часа. Потерпи до завтра, завтра я тебя задушу в объятьях и без устали целовать буду — в губы, в груди, в животик, между ног…

— Молчи, Пиппо, а то я заплачу…

— Подожди секунду, Лиллина, там какой-то шум, пойду посмотрю, не вешай трубку… Кто здесь? А, это вы… Доброе утро. Какое совпадение, я вам домой звоню, и тут вы приходите! Я как раз спрашивал у синьоры Лиллины… Боже мой, что вы задумали? Что с вами? Пожалуйста, не надо, нет, нет…

— Пиппо! Пиппо! О, Мадонна! Что случилось? Что это за грохот! Пиппо! Пиппо! В чем дело? Стреляют? Еще один выстрел? Еще? Пиппо! Пиппо!

— Черт возьми, Ликальци! Кто тебе разрешил входить без стука?

— Виноват, господин лейтенант. Но тут такое дело! Не то бы я ни в жисть…

— Докладывай.

— Вы приказали, когда других заданиев не будет, чтоб я за складом Дженуарди приглядывал, примечал, кто туды, виноват, туда, заходит, кто выходит…

— Ну?

— Пять минут назад я как раз недалеко от склада был и вроде как выстрел услыхал. Я — ближе. Опять выстрел слышу. Еще один. Не иначе, думаю, стреляют.

— И ты вошел?

— Так точно.

— И что же это было?

— А то, что тесть Дженуарди зятя собственного кокнул, а потом себя порешил, виноват, застрелился.

— Что ты говоришь!

— Покойники внутри находются, господин лейтенант. Можете сами поглядеть, ежли хотите.

— Но почему он это сделал? Надо успеть туда, пока никто не вошел…

— Не бойтесь, господин лейтенант, не войдут. Я склад на ключ запер, ключик-то вот он, при мне.

— Идем скорее. Не будем терять время.

— Да не бегите вы так. Чай, никто, окромя меня, выстрелов не слыхал.