ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Капкан Наталья Никольская Надо же, раньше я никогда не думала, что настроение человека может так зависеть от погоды. Со мной, во всяком случае, этого не происходило. Такой вот я земной человек. Правда, моя сестра Ольга частенько жаловалась на сплин и одолевающую ее депрессию, когда за окном лил дождь третий день, и все небо было затянуто черными тучами. Когда же долгожданное солнышко наконец пробивалось сквозь эти мрачные занавески, она взбадривалась, и депрессия проходила на удивление быстро. Но то Ольга, человек очень эмоциональный и вечно витающий где-то в облаках. А я-то совсем другого склада человек. Мы с Ольгой близнецы, но я на три минуты старше ее. На этом основании я позволяю себе вмешиваться в ее жизнь и время от времени учить уму-разуму. Если б я этого не делала. Ольга могла натворить Бог знает что, и ей было бы сложно выпутываться из заваренной каши. Несмотря на то, что мы с сестрой близнецы, и внешне нас различить практически невозможно, характерами мы не похожи абсолютно. Ольга никогда не помнила, куда засунула очень нужную вещь, которая сейчас только, «ну вот прямо сию минуту», была у нее на глазах и таинственным образом исчезла. В итоге, находилась почему-то в холодильнике. Кухонную кастрюлю частенько можно было встретить на кровати. А уж деньги Ольга хранила в совершенно не подходящих для этого местах. Они служили то закладкой для книг, то Ольгины дети играли в них, то они просто мирно покоились в сахарнице. Такой вот была моя сестрица Оленька, двадцати девяти лет, разведенная (впрочем, как и я) и имеющая двоих детей, Артура и Лизоньку. Работала Ольга психологом, даже заимела звание кандидата наук и вообще была очень хорошим специалистом в своей профессии. Но к жизни она была абсолютно не приспособлена. По счастью, в отличие от своей сестры, я не была

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Наскоро перетряхнув постельное белье в шифоньере, я бросилась к письменному столу.

В нем лежало несколько колод карт, как использованных, так и запечатанных. Точно такой же лист с чертежом для игры в преферанс, какой я видела у Маслова-младшего дома. Какие-то календарики, наклейки, спичечные коробки – очевидно, все то, что коллекционировал Воронов в детстве. Надо же, он, оказывается, сентиментален, если до сих пор хранит эту чепуху.

Неужели и здесь облом? Столько хлопот и все зря? Я машинально взяла в руки колоду карт в коробочке и стала их рассматривать. Карты были очень красивые, яркие. Вот еще одна колода с изображенными на каждой карте обнаженными красотками. А вот вообще очень интересная коробочка, похоже, старинная.

Я взяла заинтересовавшую меня коробочку с картами и только хотела их достать, как из нее выпал маленький листочек бумаги. Я заглянула в него. На нем было написано всего несколько слов: «10 000 S, до двадцатого». Маслова убили восемнадцатого.

Очень интересно. Чей это почерк? И что вообще все это означает?

Я положила листочек в сумку и пошла к выходу. Я стала спускаться по лестнице на тот случай, если Воронов вдруг сейчас вернется, чтобы не столкнуться с ним в лифте.

Только я прошла несколько ступенек, как услышала шум открывающихся дверей лифта на этаже, где жил Воронов. На всякий случай я решила взглянуть, кто выйдет из лифта. Каково же было мое удивление, когда я увидела выходящую Валерию, подругу Вадима Маслова. Я прижалась к стене и затаила дыхание.

Читать дальше

Конец ознакомительного отрывка

Купить книгу

Она была чем-то обеспокоена. Как-то нервно нажимала на кнопку звонка, потом поморщилась, вытащила из сумочки блокнот, выдернула из него листочек, щелкнула шариковой ручкой и начала что-то быстро писать. Потом просунула листочек в щелочку между дверью и косяком и опять скрылась в лифте.

Я подбежала к окошку и посмотрела в него. Валерия вышла из дома и села в черный «Джип», стоявший у подъезда. Я не очень хорошо разбираюсь в марках автомобилей, но что это был именно «Джип», голову даю на отсечение. Валерия села за руль, и машина рванулась с места.

Я подошла к двери и выдернула листок. На нем ровным мелким почерком было написано:

«Миша, она была сегодня у Вадима. Ты что, не сделал то, что нужно? Она становится опасной»!

Вот так номер! Очевидно, речь идет обо мне. Значит, Валерочка работает на два фронта? Или они все заодно?

Нужно ехать домой, подкрепиться вином и хорошенько подумать. Я поймала машину, не думая о расходах, и поехала домой. Дома я все рассказала Павлу.

– Послушай, Оля, – встревоженно сказал он, – хватит тебе этим заниматься. Все. Это становится опасным для тебя. Я не хочу, чтобы ты пострадала, как Полина.

– Что ты говоришь, Паша? – удивленно спросила я.