ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Корректировщик Александр Аннин «В солнечную и безветренную погоду крупная акула обычно отбрасывает на поверхность океана свою тень, которая хорошо видна с вертолета. Однако открывать огонь по контуру этой тени, как правило, не имеет смысла: акулы там нет. Тень появляется на значительном расстоянии от реального местонахождения хищника». Джон Доул, ветеран воздушного подразделения по защите населения от морских хищников (штат Флорида). «Если ты вплавь удираешь от акулы, то важно плыть не быстрее акулы, а быстрее того, кто плывет с тобой рядом». Народная мудрость Март 1991 г. Московский уголовный розыск Старший оперуполномоченный МУРа Максим Басов в который раз перечитывал сообщение, поступившее от коллег из областного управления внутренних дел. Суть этой «цидулки», как называл официальные бумаги тридцатитрехлетний майор Басов, сводилась к следующему: в Домодедовском районе лыжник обнаружил в рощице неподалеку от магистрали трупы двух девушек с огнестрельными ранениями в голову. При них были простенькие золотые украшения, немного денег и документы. Таким образом, областные стражи порядка без труда установили, что восемнадцатилетняя Ольга Бурцева и ее ровесница Юлия Денисова работали медсестрами в местной районной больнице. Обе проживали в общежитии медиков. Казалось бы, ну и что? При чем тут, спрашивается, Московский уголовный розыск? Трупы обнаружены в области, потерпевшие проживали и работали в Домодедове. Вот пусть подмосковные менты и распутывают это гиблое дело. Все вроде так, да не совсем. Было одно обстоятельство, и весьма существенное, которое требовало подключения столичных коллег. А именно: содержимое сумочек погибших девушек наводило на мысль, что скромное жалование медсестры вовсе не было основным источником дохода для Ольги и Юлии. Обилие презервативов, порно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но ведь и право на слухи и небылицы о своей персоне надо заслужить, как справедливо подметил майор Зотиков.

– В общем, дуй в клинику, – подмигнул Матушкину Зотиков. – Ты ведь, поди, рвешься поучаствовать в розыске убийцы?

Когда Алексей в своих потертых джинсах и сером свитере появился в кабинете Дурова, там вовсю кипела работа. Эксперт-криминалист снимал отпечатки пальцев, судебный врач нудно диктовал следователю прокуратуры первоначальное заключение о смерти.

Маленький профессор неестественно скрючился в массивном кресле, бородка запрокинулась, а на вздувшееся лицо было лучше не смотреть. В правой руке убитого повисла кофейная чашечка. На столе Матушкин увидел изящный кофейник, пустой молочник, сахар в серебряной вазочке и миниатюрные щипчики. В стороне лежали какие-то бумаги, а прямо перед профессором – стопочка долларов с криво усмехающимся Франклином.

– Кто таков? – окликнул Матушкина коренастый, чернявый дядька средних лет в темном костюме и при галстуке; видно было, что именно он заправляет тут всем происходящим.

Один из оперативников райотдела, также находившийся в кабинете главврача, что-то прошептал на ухо коренастому, и тот слегка потеплел.

– Прими мои соболезнования, парень, – дядька положил свою тяжелую ладонь на плечо Матушкину. – Вишь, убили твоего благодетеля… А я – подполковник Басов, отдел убийств Московского уголовного розыска.

И Карлсон ревниво проследил за выражением лица долговязого лейтенантка, в достаточной ли мере отразился на нем благоговейный ужас?

– Алексей Матушкин, оперуполномоченный районного ОВД, – растерянно представился в ответ лейтенант.

– Поганое дельце, а? – доверительно подмигнул ему Басов.

– Угу. У вас уже есть какая-нибудь версия? – довольно рискованно спросил Матушкин.

– Хм… Есть кое-что, но тебе это вряд ли понравится, он ведь жизнь тебе спас, – вполголоса ответил Карлсон.

Сыщики подошли к письменному столу.

– Вот смотри, в этих бумагах, – подполковник ткнул пальцем в кожаную папку, – перечень сильнодействующих наркотических препаратов – запрос клиники на предстоящий год. Внушительный список, лейтенант… И объемы значительно больше прежних. Правда, тут прилагается обоснование… И стоит собственноручная подпись Дурова. А здесь – две тысячи «зеленых». Похоже, брат, здесь был торг.

Матушкин нахмурился. Какие-то махинации с наркотиками? И Дуров, этот славный доктор Айболит, был в них замешан? Не может быть… Хотя… В наши дни может быть абсолютно все.

Алексей почувствовал, что краснеет. Ему стало стыдно от собственных мыслей, будто он только что с легкостью предал человека, который вытащил его с того света.

Матушкин оглядывал кабинет, отмечая про себя детали обстановки.