ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Корректировщик Александр Аннин «В солнечную и безветренную погоду крупная акула обычно отбрасывает на поверхность океана свою тень, которая хорошо видна с вертолета. Однако открывать огонь по контуру этой тени, как правило, не имеет смысла: акулы там нет. Тень появляется на значительном расстоянии от реального местонахождения хищника». Джон Доул, ветеран воздушного подразделения по защите населения от морских хищников (штат Флорида). «Если ты вплавь удираешь от акулы, то важно плыть не быстрее акулы, а быстрее того, кто плывет с тобой рядом». Народная мудрость Март 1991 г. Московский уголовный розыск Старший оперуполномоченный МУРа Максим Басов в который раз перечитывал сообщение, поступившее от коллег из областного управления внутренних дел. Суть этой «цидулки», как называл официальные бумаги тридцатитрехлетний майор Басов, сводилась к следующему: в Домодедовском районе лыжник обнаружил в рощице неподалеку от магистрали трупы двух девушек с огнестрельными ранениями в голову. При них были простенькие золотые украшения, немного денег и документы. Таким образом, областные стражи порядка без труда установили, что восемнадцатилетняя Ольга Бурцева и ее ровесница Юлия Денисова работали медсестрами в местной районной больнице. Обе проживали в общежитии медиков. Казалось бы, ну и что? При чем тут, спрашивается, Московский уголовный розыск? Трупы обнаружены в области, потерпевшие проживали и работали в Домодедове. Вот пусть подмосковные менты и распутывают это гиблое дело. Все вроде так, да не совсем. Было одно обстоятельство, и весьма существенное, которое требовало подключения столичных коллег. А именно: содержимое сумочек погибших девушек наводило на мысль, что скромное жалование медсестры вовсе не было основным источником дохода для Ольги и Юлии. Обилие презервативов, порно

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И уже через несколько минут Ляпиков знал всю историю дониконовской иконы Ильи Пророка, которую антиквар Безлепкин опрометчиво взял на комиссию у некоего гражданина и продал затем Елене Хрипуновой…

– Икону эту, Илью Пророка, украл у перекупщика зелени вор по кличке Гунявый, – докладывал на следующий день Басову Гришка, когда они в условленное время сел рядышком на лавочке в холле метро «Киевская». – Наводчицей была Ганька, она семечками на другом рынке торгует. А тут, значит, ночевала у этого зеленщика и приметила образок. Так вот, хозяин иконы знать про ее ценность ничего не знал, но хвастал, что, дескать, когда в тридцатые годы на Красносельской церковь ломали, его дед принимал участие в разорении храма. Энкавэдэшником, значит, был. Большинство икон прямо в церковном дворе порубили и сожгли, а эта ему понравилась, он ее домой взял. Чтоб от пожара защищала… А Гунявый, украв икону у зеленщика, взял да и сдуру в антикварный магазин ее отнес. Что, теперь брать его будете?

– Все, Григорий, свободен, – отмахнулся от него Басов.

Приехав на Петровку, 38, подполковник немедленно разослал запросы в обе столичные епархии – городскую и областную – с описанием иконы и просьбой по возможности быстрее сообщить в Московский уголовный розыск, не поступала ли данная икона в какой-нибудь приходской храм или монастырь в качестве пожертвования. Вскоре пришел ответ из Московской городской епархии: да, именно этот образ буквально на днях был подарен церкви Новомучеников и Исповедников Российских в Бутове. Даритель – молодая прихожанка храма.

Карлсон тут же отправил факс в секретариат епархии, мол, согласно полученным оперативным сведениям, данная икона приобретена законным путем и в розыске как улика или объект преступления более не находится.

– Зачем ты вообще тратишь на это время? – осторожно спросил Карлсона Малыш. – Ты думал, икона имеет отношение к убийству Хрипуновых?

Подполковник вздохнул:

– Нет, конечно… Точнее, сначала-то я допускал все, что угодно, тем более, что икону мы не нашли. Однако потом стало ясно – между прочим, после разговора с Ванниковым – что Елена Хрипунова была женщиной верующей и, скорее всего, при ее-то богатстве, помогала украшать храмы, покупала иконы не для себя, а для церкви… Так что я ожидал подобного результата.

Басов ткнул пальцем в сторону факсового аппарата, имея в виду сообщение о поступлении образа Илии Пророка в Бутовскую церковь.

– Но видишь ли, Леша, – Карлсон редко называл Малыша по имени, и это означало, что он хочет сказать ему что-то личное, а не то и сокровенное. – Тут дело такое…

Подполковник, теребя нос, прошелся по кабинету, словно подыскивая слова.