–
Можешь узнать, о чём они там так активно шепчутся
?
–
Дело в то
…, - и через мгновение я стал незримым свидетелем их тетралога
[3]
Тетралог – разговор вчетвером
, суть которого сводилась к тому, что тётка и мой лечащий психолог резко выступали против моего возвращения в Москву, убеждая мою сестру, что мне в Серпухове будет лучше. Увлёкшись, я практически забыл про девушку, которая составляла мне компанию, но она сама напомнила о себе.
– Я рада, что ты теперь у нас будешь жить, – произнесла Милена.
Голос у неё оказался приятный, бархатистый. Никак не вяжущийся с её образом девочки-аниме.
– Правда, правда. Главное, чтобы они переключились на тебя и не мешали мне жить.
– А лучше бы помогли материально, – машинально продолжил я.
Возникла напряжённая пауза, во время которой я постарался осмотреть машину изнутри. Автомобиль мне казался смутно знакомым, салон пропах кожей и табаком, эта смесь будоражила память моего реципиента, но я так и не смог ухватить за "хвост" цепочку ассоциаций.
– Так, стоп. С чего ты решила, что я буду у вас жить?
– Так я слышала, как мама и папа вечером на кухне говорили, что самый лучший вариант, чтобы ты с нами жил, так по любому будет лучше и удобней.
– А кому лучше-то?
– Тебе конечно. Я не горю особым желанием, чтобы у нас в трёхкомнатной квартире появилась ещё одна особь. И без тебя тесно.
– Поверь мне, и я не горю особым желанием менять Москву на какой-то провинциальный городишко, – гордо ответствовал я. После чего наступила долгожданная тишина.
На самом деле я немного лукавил: переезд в Серпухов имел несколько положительных моментов. В частности, сведение к минимуму вероятности встречи с бывшими знакомыми. Возможность начать практически с чистого листа дорогого стоит. Ведь для этого надо вырвать все старые листы, порвать на мелкие кусочки и выбросить, а лучше сжечь и развеять по ветру. А мы жалеем прошлое, начинаем листать старые записи, находим недописанные страницы и пытаемся их дописать. В итоге продолжаются старые истории, болят старые раны…
К минусам я относил активное желание моих ближайших родственников заполучить меня к себе. Конечно, хорошо бы ошибаться, но не верю я в людской альтруизм.
–
Умник,
– воззвал я к своей "лучшей половине" –
есть ли возможность постоянно прослушивать разговоры моих родственничков? Сдаётся мне, они "пишут неправильный код"
[4]
"Пишут неправильный код" – выражение схожее по смыслу "делают неправильный мёд"
.
–
Легко. Их коммуникаторы настолько плохо защищены от прослушивания и сканирования, что я с вероятностью 0,53 подозреваю в этом злой умысел разработчиков.
Наконец "переговоры" закончились, все расселись в машине. Я оказался зажат между Аней и Миленой.






