ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ведьма Анна Никода Не знаю, что подумали бы местные, появись я посреди этой деревни погожим летним днем, когда даже самые страшные кошмары кажутся не более чем байкой. Но я объявилась весной, когда снег только-только сошел с мерзлой земли, и дороги развезло до состояния полной каши. Впрочем, той ночью они замерзли. Я вошла в деревню со стороны тракта, где меня высадил один из дальнобойщиков, ехавший в нужную сторону. Остановилась на обочине, вдыхая запахи свежей земли и хвойного леса. На самом деле он был смешанный, однако хвоя от внезапной оттепели, а затем еще более внезапных заморозков перебивала все другие запахи. Дорога сходила с трассы и терялась в лесной тени. Я вздохнула и потащила за собой огромный чемодан, с облегчением углубляясь в темноту. Лес безопасен. Даже ночью. Люди гораздо хуже. Так я и появилась на окраине деревни: тощая длинноногая, словно только народившийся олененок, девица с перекинутой через плечо русой косой, угрюмая и замерзшая. В темноте светилось лишь несколько окон, да и те вдалеке. Здесь, на самом краю, света нигде не было — все дома стояли темными саркофагами. Темными, но не бесшумными. Собаки, почуяв меня, зашлись визгливым лаем, перебудив и другую живность — я только досадливо скривилась, подходя к темным покосившимся воротам крайнего в единственной улице дома. Сразу за ним дорога окончательно терялась в темноте, хотя и здесь не было ни одного фонаря, но близость жилья делала самую темную ночь светлее. Я бросила чемодан на дороге и отправилась вдоль забора в поисках калитки. Она нашлась метров через десять, совершенно заржавевшие петли визгливо заскрипели. Видно, их давно никто не использовал. Однако под моим напором они сдались. Я втащила чемодан во двор и огляделась. Темные постройки вдоль дорожки к дому ни о чем не говорили, будка дл

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Решив так, я ушла в дом, с удовольствием окунувшись в прохладу. По такой жаре ничего есть не хотелось, поэтому я напилась самодельного кваса, томившегося в одной из бочек — весь май таскала из леса в пластиковых бутылках — и залила водой гречку. Кота уже третий день не было и без него, хоть я здесь и обжилась, было не очень уютно.

Стук в дверь не застал меня врасплох — я услышала незнакомые шаги еще от калитки и успела налить в кружку кваса.

Однако подготовиться к посетителю не смогла. На кухню вошел мужчина в полицейской форме. Будь я на пяток лет помоложе, оценила бы его светлые волосы и серые глаза, плескавшуюся в них спокойную уверенность и легкую иронию. Это был тип вечного мальчишки, только с мужским лицом — слегка уставшим, осунувшимся, четко очерченными линиями подбородка и носом с почти незаметной горбинкой…

Я неожиданно поняла, что самым непотребным образом рассматриваю вошедшего, а он позволяет мне это делать с легкой улыбкой.

— Алиса Струнина, я полагаю?

Это был не вопрос, а утверждение — столь же спокойное, как и сам человек. Я с трудом вытащила себя из этого омута спокойствия, заставив встряхнуться. Дело не в нем, дело просто в том, что мне именного этого не хватает.

— А вы? — голосом, далеким от приветливости спросила я, убирая кружку с квасом на стол. Не будет ему спасения от этой жары. Мне очень не понравилось, что он пришел ко мне в дом, уже зная, кто я такая. Фамилию свою я никому не говорила, а значит, он потрудился узнать ее заранее. Зачем?

— Ваш участковый, Алексей Михайлович, — представился он, ткнув мне в нос корочкой, которую я презрительно проигнорировала. — Алиса… Как вас по отчеству?

— Архиповна, — сухо ответила я. — Чем обязана?

Вышло, наверное, излишне грубо, но я была зла на саму себя за эту идиотскую реакцию и на него, за то, что нарушил мою идиллию. И, несмотря на явное недоброжелательство до сих пор улыбается и даже сделал пару шагов вглубь комнаты, сев на стул.

— А это квасок? — заметил кружку на столе. — Ваш? Можно?

Я ошеломленно кивнула. Нет, каков нахал?

Он выпил одним махом, крякнул от удовольствия, утирая рукой рот.

— Вкусно готовите, Алиса Архиповна! Кто ж вас таким секретам научил?

— Бабушка, — хмуро отозвалась я, разворачиваясь к нему и еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить. Нельзя грубить участковому. Иначе пристальное внимание обеспечено. А оно нам не надо…

— Бабушка… Хорошая была бабушка, наверное, — улыбнулся он. — Как вы здесь поживаете, Алиса Архиповна? В нашу глушь редко новые люди заходят, а уж молодые женщины и подавно. Помочь может чем?

— Да вот, обживаюсь помаленьку… — неопределенно махнула я рукой. — Помощников и так хватает, спасибо. Видели работничков моих, поди.