ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Арчер будет молчать Мия Шеридан Mia Sheridan Archer’s Voice © 2016, 2018 by Mia Sheridan © Бялко А., перевод на русский язык, 2019 © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2019 Кентавры всегда отличались воинственностью, злобностью, пьянством и буйством. Только один кентавр Хирон был не таким, как прочие его сородичи. Он жил на древней горе Пелион. Его называли Добрым Кентавром и Раненым Целителем. В отличие от других кентавров он был мудрым, тихим и справедливым. К несчастью, сражаясь с другими кентаврами, Геракл ранил своего друга Хирона отравленной стрелой. Хирон был бессмертным и не мог найти в смерти облегчения от неизлечимой раны. Он был обречен на жизнь в боли и муках. Однажды Хирон встретил Прометея, также обреченного богами на вечные муки. Он был прикован к скале, куда каждое утро прилетал орел и выклевывал печень Прометея. К вечеру печень отрастала, и на другое утро пытка повторялась. Хирон предложил пожертвовать свою жизнь за жизнь Прометея и тем самым освободить их обоих от вечных мучений. И тут же Хирон рухнул мертвым у ног Прометея. Но за его мудрость и доброту Зевс решил взять его на небо в виде созвездия Стрельца [1] Стрелец – Archer ( англ. ). , чтобы все могли вечно любоваться его красотой. Рана Хирона олицетворяет преобразующую силу страданий. Того, как чья-то боль, физическая и душевная, может стать источником моральной и духовной силы. – Держись за мою руку, я спасу тебя! – сказал я тихо-тихо. Дюк протянул руку индейцу Змеиный глаз, вертолет медленно поднимался в воздух. Я старался играть как можно тише, потому что избитая мама спала у себя в комнате, и я боялся ее разбудить. Она разрешила мне смотреть мультики у себя в кровати, но я увидел, что она заснула, и спустился вниз играть в солдатиков. Вертолет приземлился, и мои

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Когда мы закончили, мы вытерлись, вернулись в кровать и голые залезли под одеяло. Я прижал ее к себе и чувствовал себя таким радостным и довольным, каким не был никогда в жизни.

Я развернул ее, чтобы она видела мои руки.

–

Однажды,

– сказал я, –

когда мы станем старыми и седыми, я посмотрю, как ты лежишь рядом со мной, совсем как сейчас, я посмотрю тебе прямо в глаза. И я буду знать, что всегда и навечно была лишь ты. И это, Бри Прескотт, станет моей величайшей радостью в жизни.

Она улыбнулась, и ее глаза наполнились – я знал это – слезами радости. Я прижал ее к груди, крепко, вдыхая ее запах.

Спустя немного времени я встал, услыхав вдали фейерверк. Я сонно осознал, что сейчас полночь, настал новый год, новое начало. Я крепче прижал к себе свою красавицу, она вздохнула во сне, и я закрыл глаза. Я был дома.

В следующие два дня мы только дважды выходили из дома Арчера. К счастью, это были как раз два моих выходных на этой неделе. Первый раз мы вышли за продуктами наутро после его возвращения и на обратном пути забрали Фиби. А вечером того же дня мы сходили в ресторан на другом краю озера. Гордость в глазах Арчера, когда он заказывал мне вино, а себе кока-колу, рассмешила меня, и я подмигнула ему. Смотреть, как он приходил в себя, было радостным зрелищем, и я чувствовала, что мне повезло, что мне выпало это увидеть. Я млела перед его непринужденным обаянием и красивой улыбкой. Я заметила, что официантка, которая нас обслуживала, считала так же. Она разглядела его шрам и заискивала перед ним весь вечер. Но меня это не сильно напрягало – даже наоборот. Могла ли я винить ее? Как сказала Натали, он вызывал у женщин желание приласкать его и облизать. Но он был моим, а я была счастливейшей девушкой на свете.

Мы еще поговорили о том, чем он был занят в эти три месяца, кого видел, где спал. О том, что одиночество, которое он испытывал, не убавилось, но преобразилось. Разница была в том, заключил он, что он наконец-то обрел

себя

и что он оказался куда более приспособленным, чем он сам полагал.

–

Мне надо получить свои права,

– сказал он, пока мы ели.

Я кивнула.

–

Да, я знаю. Незаконный водитель,

– сказала я, поднимая бровь.

Он улыбнулся, жуя.

–

Если Тревис поймает меня, то запрет и выкинет ключ.

– Он поднял брови. –

Кстати о Тревисе, ты его видела? Он пытался разговаривать с тобой?

– Его лицо было настороженным.

Я покачала головой.

–

Пару раз, но я избегала его. Я была неразговорчива, а он не сильно давил. А от Виктории Хейл вообще нет ни слуху ни духу.

Он посмотрел на меня несколько мгновений и кивнул.

–

Я оставил тебя одну разбираться со всем этим бардаком, и я очень сожалею об этом. Но Тори ненавидит меня, а не тебя. Возможно, я думал, что в этом плане тебе станет проще, если я исчезну.

– Он посмотрел секунду в сторону, затем снова на меня.