ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тени прошлого Гизела Ройтлинг Не в первый раз Юлия Фендер проводила свой отпуск на Корсике. Но в первый раз море не было ни лазурно-голубым, ни изумрудно-зеленым. Когда белый пароход входил в тихую гавань, небо всегда висело высоким пологом над розовыми скалами, зелеными склонами гор и манящей спокойными водами бухтой. Сегодня все было не так. Дул сильный ветер, хлестал дождь. И яркие, буйные краски юга растворялись в уныло-сером мареве. Зябко поежившись, Юлия подняла воротник летнего пальто и потуже завязала под подбородком легкую шелковую косынку, которая нисколько не спасала ни от дождя, ни от ветра. Сейчас она была даже рада, что Михаэль не смог поехать с ней, а обещал прибыть позже. Для первого знакомства никак не годились ни эта морось, ни продувной ветер, ни гнущиеся по ветру пальмы. Юлия растерянно огляделась — если бы в этой серости можно было что-то увидеть! — в поисках носильщика. Но похоже, в такую погоду, да еще до начала туристического сезона, вся уважающая себя обслуга предпочитала сидеть по домам. — Можно вам помочь, мадемуазель? — где-то в тумане раздался тоненький голосок, и из ниоткуда вынырнул большой черный зонт, а за ним кучерявая черная голова с пронзительно-голубыми глазами. Юлия слегка оторопела при виде неожиданного помощника. Мальчонке было от силы десять. Тщедушный, кожа да кости, он меньше всего годился для переноски тяжестей. Она с разочарованной улыбкой покачала головой. Но парень, похоже, читал ее мысли. Приподнявшись на цыпочки, чтобы лучше защитить ее от дождя, он важно произнес срывающимся дискантом: — Я сильный. Я много раз носил чемоданы. Если, конечно, не больно большие. А ваш — совсем маленький. — И с мольбой в синих глазах добавил: — Дайте мне шанс! У Юлии сдавило сердце. Сколько раз она говорила себе, что нельзя быть такой сенти

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Только… Может, и вы мне скажете, как вас зовут? — Его глаза лучились доверием.

— Ну конечно! Что же это я?! Меня зовут Юлия Фендер. Но ты можешь звать меня просто Юлия. Договорились?

Даниель совсем расцвел, как будто ему сделали самый дорогой в жизни подарок.

Так же сиял он и на следующий день, когда со всех ног бежал навстречу Юлии.

— Я уже боялся, что провороню вас! — выпалил он, переводя дух. — Но мне сначала надо было сделать математику, а потом мама попросила помочь ей развесить белье. У нее пятеро детей. Вместе со мной шесть. И еще муж. Знаете, сколько ей приходится стирать! Я рассказал маме про вас, а то она не разрешила бы мне надеть выходные брюки.

— Да, Даниель, сегодня ты выглядишь франтом!

Даниель гордо разгладил пеструю рубашонку, хоть и полинявшую, но ослепительно чистую.

— Теперь вам не придется меня стыдиться, когда мы пойдем гулять, мадемуазель! — рассудительно сказал он и тут же поправил себя: — То есть Юлия.

Он доверчиво улыбнулся и вложил свою ладошку в ее руку. У Юлии защемило сердце. Все-таки замечательный парень этот Даниель, как бы его там дальше ни звали!

Легким шагом, словно у него на пятках были крылышки, как у древнего бога Меркурия, Даниель поднимался со своим новым другом по вьющемуся вокруг горы серпантину вдоль крепостной стены. Могучая каменная кладка местами поросла плющом и лишайником. На глянцевых листьях играло солнце. Здесь царили тишина и умиротворение, сюда не долетал городской шум. Только щебет птиц и пряные ароматы. Чем выше они поднимались, тем шире открывалась даль. Юлия окидывала восторженным взглядом безмятежную морскую гладь, кромку берега с мирно плещущимися волнами, раскинувшийся под ними город.

— Видите вон там площадь? — Даниель указал на скопление домов вокруг двух гордо возвышающихся над людским муравейником шпилей церкви. — Там, между церковью Святого Иоанна Крестителя и Ратушей. Это рыночная площадь, но в воскресенье на ней будут большие народные гулянья! Сколотят подмостки, поставят деревянные столы с длинными скамьями. Будут песни и танцы, много вина и козьего сыра, а для детей жареного миндаля. И еще установят карусель! Будет весело. Вы придете? — Он, полный надежды, посмотрел на Юлию.

И снова ее сердце дрогнуло под его испытующим взглядом.

— Мне очень жаль тебя разочаровывать, Даниель! Но в воскресенье меня здесь уже не будет. Через два дня я уеду дальше, на мыс.

— Но почему? — с болью вырвалось у Даниеля. — Разве вам плохо в Бастии? Там, на севере, только деревни и почти нет людей!

Читать дальше

— Именно поэтому, малыш. Постарайся меня понять. Когда человек живет в большом городе, ему хочется иногда спрятаться в пустынном, безлюдном месте.

Даниель на минуту задумался, а потом тяжело вздохнул.

— Мне кажется, я понимаю. Только правда жаль.