ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тени прошлого Гизела Ройтлинг Не в первый раз Юлия Фендер проводила свой отпуск на Корсике. Но в первый раз море не было ни лазурно-голубым, ни изумрудно-зеленым. Когда белый пароход входил в тихую гавань, небо всегда висело высоким пологом над розовыми скалами, зелеными склонами гор и манящей спокойными водами бухтой. Сегодня все было не так. Дул сильный ветер, хлестал дождь. И яркие, буйные краски юга растворялись в уныло-сером мареве. Зябко поежившись, Юлия подняла воротник летнего пальто и потуже завязала под подбородком легкую шелковую косынку, которая нисколько не спасала ни от дождя, ни от ветра. Сейчас она была даже рада, что Михаэль не смог поехать с ней, а обещал прибыть позже. Для первого знакомства никак не годились ни эта морось, ни продувной ветер, ни гнущиеся по ветру пальмы. Юлия растерянно огляделась — если бы в этой серости можно было что-то увидеть! — в поисках носильщика. Но похоже, в такую погоду, да еще до начала туристического сезона, вся уважающая себя обслуга предпочитала сидеть по домам. — Можно вам помочь, мадемуазель? — где-то в тумане раздался тоненький голосок, и из ниоткуда вынырнул большой черный зонт, а за ним кучерявая черная голова с пронзительно-голубыми глазами. Юлия слегка оторопела при виде неожиданного помощника. Мальчонке было от силы десять. Тщедушный, кожа да кости, он меньше всего годился для переноски тяжестей. Она с разочарованной улыбкой покачала головой. Но парень, похоже, читал ее мысли. Приподнявшись на цыпочки, чтобы лучше защитить ее от дождя, он важно произнес срывающимся дискантом: — Я сильный. Я много раз носил чемоданы. Если, конечно, не больно большие. А ваш — совсем маленький. — И с мольбой в синих глазах добавил: — Дайте мне шанс! У Юлии сдавило сердце. Сколько раз она говорила себе, что нельзя быть такой сенти

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

В этой части города запахи жареной рыбы, чеснока, пряных приправ и дегтя смешивались с запахами моря и висели тяжелым духом между потемневшими от времени, растрескавшимися стенами ветхих домов. Дома здесь были узкие, в основном четырех-, пятиэтажные. Они тесно лепились друг к другу, образуя меж собой мрачные лабиринты дворов. Между домами сушилось белье на протянутых через окна веревках, по крутым лестницам и карнизам бегали тощие, поджарые кошки в надежде на добычу. В глубине обшарпанных парадных через открытые скрипучие двери проглядывали темные уголки дворов.

В одном из таких мест мать семейства Бонелли сидела в окружении своих малышей за починкой сети. Четыре пары тонких ручек умело сновали пальчиками, помогая паре больших натруженных рук. И только четырехгодовалая Тереза, самая младшая, сидя поблизости на корточках, играла с котенком. Она водила веточкой по земле, и пушистый рыжий комочек, потешно кувыркаясь, нападая и отпрыгивая, выкидывал немыслимые кульбиты.

— Вот они, пришли! — крикнул, завидев гостью, один из малышей, с таким же узким личиком, черными волосами и глазами, как и у остальных детей.

Юлия почувствовала на себе взгляды всего семейства. Радостные и любопытные, серьезные и изучающие, робкие и открытые — в зависимости от темперамента.

— Это Лукас, — представил брата Даниель, а потом по очереди назвал имена остальных.

Катарина Бонелли поднялась со своей скамеечки и направилась к Юлии походкой, исполненной достоинства. Несмотря на то что она была бедно одета и долгий изнурительный труд отразился на ее лице, ее осанке могла бы позавидовать и сама королева. Прямая спина, расправленные плечи, неторопливый шаг — так ходили все корсиканки, привыкшие переносить на голове тяжести. Ее суровое бледное лицо обрамляли прямые, гладко зачесанные назад волосы.

Читать дальше

— Здравствуйте, мадам Бонелли!

— Добрый день, мадемуазель! — Приветливая улыбка сделала ее лицо много моложе, глаза засветились мягким блеском. — Даниель уже несколько дней говорит только о вас, и ни о чем другом. Мне кажется, что мы уже знакомы. Вы так добры к нему. Только напрасно угощаете его слишком часто.

— Он это заслужил, мадам. Я просто расплачиваюсь таким образом — денег он не хочет брать. Даниель мой гид. Мы с ним облазили все уголки этого города. А когда человек полдня находится на ногах, не грех и подкрепиться время от времени, не правда ли?

Юлия кротко улыбнулась мадам Бонелли и повернулась к детям, которые теперь столпились вокруг нее. Она поговорила с каждым о детских пустяках, потрепала по головкам мальчишек, погладила девочек, а потом достала из рюкзачка большой пакет и раздала всем такие лакомства, которых они отродясь не едали, разве только видели в витринах булочной или кондитерской.