часть головного девичьего убора, богато отделанная и украшенная.
Да поклон отдал Чурила да и вон пошел
. История о чужом богатыре — щеголе, красавце, не прижившемся в Киеве, сюжетно не согласуется с другими двумя былинами, где Чурила действует как персонаж, прочно связанный с Киевом (см. «Чурила и Катерина», «Дюк Степанович»).
Дюк Степанович.
Гильфердинг-3. № 225. Зап. от И. П. Сивцова, по прозванию Поромский, дер. Немятова (Кенозеро).
Из славного города из Галича
и т. д. Перечень мест, географически и исторически не сопоставимых. Возможно, что здесь отразились воспоминания о расцвете Галицкой земли в XII—XIII вв. Принципиально важным, однако, для сюжета является то, что Дюк живет в земле, превосходящей Киев богатством и устройством быта; вместе с тем земля эта подчинена Киеву, так как представитель князя является в Галич с сознанием своей власти.
В нос и в пяты втираны каменья яфонты
— т. е. вставлены в острие и в тупой конец.
Во субботу великодённую
и т. д. С этого момента былина развивается с несомненной оглядкой на сюжет «Ильи Муромца и Соловья-разбойника»: Дюк собирается выехать из дома на Пасху; мать отказывается дать ему благословение; он выбирает богатырского коня, по пути преодолевает фантастические преграды; подобно Илье, далекий путь из Галича в Киев покрывает с необычайной быстротой, князь не верит ему. Такое своеобразное повторение ситуаций — способ героизации Дюка. Масштабы ее, однако, ограничиваются тем, что Дюк не выдерживает сравнения с Ильей, и, кроме того, пристрастие к роскоши снижает его героическую характеристику.
Читать дальше
Да на славу приехал к тебе
— т. е. приехал, наслышанный о славе Киева, чтобы убедиться в справедливости рассказов о его красоте и богатстве. Вместе с тем замысел былины изначально предполагает намерение Дюка противопоставить мнимой славе и богатству Киева истинную славу и красоту своего города.
Взяти с того пятьсот рублей
. Ср. в другой записи от того же сказителя вар. IV.
Да напоил он голей кабацких
. Реминисценция из былин «Илья Муромец в ссоре с князем Владимиром» и «Бунт Ильи Муромца против князя Владимира».
Потом пошла ужо толпа-де вдов
. В другой записи от того же сказителя (вар. IV) здесь далее: «Потом пошла уже другая толпа Подсолнечных сорока сажен». (Подсолнечные — зонтики, которыми слуги закрывали матушку Дюка от солнца.)
Да описывать Дюково богачество — Да не описать будёт
. В изображении роскоши жилища матери Дюка, в его похвальбе условиями галицкого быта, в некоторых других подробностях исследователи усматривали влияние известного в средневековье литературного памятника XII в. — Эпистолии пресвитера Иоанна (в русских редакциях — «Сказание об Индейском царстве»; см.: Веселовский А. Н. Южнорусские былины. Спб., 1884. С. 171—198.






